Книга Дикая Ника для бандита, страница 8 – Лина Мак

Да, было дело и не раз. Каждый грёбаный раз я его посылала и говорила, что с такими личностями не лягу в постель.

Опускаю руку под воду, но не успеваю даже дотронуться до губок, как Давид возвращает её назад, на ванную.

— Не-е-ет, Дикая, — тянет он каждое слово. — Ты не получишь разрядки, пока не заслужишь её.

— И кто меня остановит? — спрашиваю с вызовом.

— Ты сама не сможешь, — Давид проводит языком по губам и, опустившись к подбородку, кусает за него.

И снова это чувство. Он не делает слишком больно, но каждый его укус будто метка.

— Я могу кончить, когда захочу, — дёргаю головой в сторону, чтобы посмотреть ему в глаза.

— У тебя в комнате уже торчит баба, которая будет приводить тебя в порядок, — хмыкает он, заставляя меня напрячься. — А через два часа ты должна сиять как самая дорогая вещь в этом доме. Будешь встречать гостей и показывать товар лицом.

— Чернобор, я же тебя пристрелю, ты ведь понимаешь это? — спрашиваю, чувствуя, как его слова ранят.

Вещь, товар!

— А эти пальчики знают, что такое ствол? — спрашивает он, поднимая мою руку между нами.

— Эти пальчики умеют такое, что тебе и не снилось, — шиплю я.

— Тогда я снова предложу тебе: ты мне отсосёшь, а я позволю тебе кончить.

— Ты озабоченный мудак, Чернобор, — выдыхаю ему в губы, но не даю дотронуться. — И я тебе не товар.

— Нет, — соглашается Давид. — Ты дикая кошка, которая умеет играть на нервах. Но всему приходит конец. И сегодня тебе предоставится выбор, Дикая. Сделаешь правильный — будет тебе счастье.

— А если нет? — спрашиваю я, но ответа не получаю.

Давид поднимается на ноги и молча выходит из ванной, сверкая стояком как светофором.

Это сейчас что было? Какой-то очередной больной прикол, или я чего-то не понимаю?

— Чернобор, там уже начали подъезжать первые гости, — Гарик входит ко мне в комнату, а я смотрю на экран ноута.

Эта белобрысая ведьма даже притронуться к себе не дала девке, что я вызвал для неё. Но как же она себя ведёт.

Одно мне непонятно — нахрена ей красное платье было в отпуске. Она его куда собиралась надевать? Заграничных козлов радовать своей киской?

То есть какие-то черножопые козлы достойны, а я, блядь, нет? Но я всё равно не могу оторвать от неё взгляда. Поднимаю пальцы к лицу и вдыхаю её запах.

Я конченый озабоченный мудак. Я даже руки не мыл после того, как трахал её в ванной. И пускай это были только пальцы и язык, но это того стоило.

— Чернобор, — Гарик снова привлекает моё внимание.

— Иду, — отвечаю я и нехотя закрываю ноут.

Беру ключи от комнаты и выхожу в коридор. Мне нужно спускаться и показать этим зажравшимся и расслабившимся уродам, кто сейчас здесь главный, но я не могу сдвинуться с места.

— Стальнов приехал? — спрашиваю у Гарика, не сводя взгляда с двери, из которой должна выйти Ника.

— Да, — отвечает Гарик нервно. — Он сейчас и общается там со всеми. Но дом твой. А этот…

— Сейчас тебе лучше закрыть рот, Гарик, — резко останавливаю мужика, давя взглядом. — Кем бы он ни был, но за всё всегда отвечает. И сейчас всё, что будет происходить в новой делёжке, тоже с его руки. Нам нужно только заявить свои права.

— А если Стальнов отхватит себе ещё больше кусок? — срывает вопрос у Гарика.

— А тебе мало? — вскидываю бровь. — Мне достаточно. Я свой кусок ценю. Я могу его контролировать и не пускать никого чужого. А если появится новый, ты что с ним будешь делать?