Книга Договорная любовь, страница 163 – Лорен Ашер

— Отлично.

Кто бы мог подумать, что в одном слове может быть столько дерзости?

Желая продлить наш самый долгий разговор с момента дебатов, я играю с одной из ее косичек, обрамляющих лицо, и говорю:

— Я записался на прием к доктору Мартин.

Искра гнева в ее глазах гаснет, как и то, что она собиралась сказать, когда ее губы приоткрываются.

— Я понятия не имею, получится ли, но сейчас я готов пробовать все что угодно, — добавляю я, когда она молчит.

— Это… здорово. Я рада за тебя.

Я удивлен ее словами.

— Правда?

— Да. Я все еще желаю тебе самого лучшего, — она съеживается.

— Ты говоришь так, будто это что-то плохое.

— Потому что мне все еще больно.

— Вот почему я обращаюсь за помощью, — я обнимаю ее, прижимаясь к ней всем телом.

Это будет непростой процесс, но он может принести свои плоды, если я научусь справляться со своей травмой, тревогой, навязчивыми идеями и компульсиями.

Мне это нужно.

Я устал убегать как от своего прошлого, так и от будущего. С этим нужно покончить, потому что, как бы мне ни было больно это признавать, Тревор указал мне на мою самую большую проблему во время дебатов.

Я не борюсь, когда становится слишком тяжело.

Я сбегаю.

И, честно говоря, мне надоело убегать. Надоело прятаться. Надоело притворяться, что жизнь наладится без моих усилий.

Тревор уже украл у меня родителей и детство, так неужели я позволю ему забрать Лили и наше будущее?

Нет. Больше не позволю.

Я буду бороться за нее и за нас, по одному сеансу терапии за раз, потому что Лили этого достойна, но, что еще важнее, этого достоин и я.

Я думал отменить сеанс за несколько часов до его начала, но доктор Мартин не терпит неявки в течение двадцати четырех часов, так что у меня не было выбора, кроме как прийти.

Доктор Мартин, женщина средних лет с ямайским акцентом и косичками, украшенными золотыми заколками, проводит следующий час, знакомясь со мной и с постоянным раздражающим голосом в моей голове, вместо того чтобы продвигаться в лечении.

В обсуждении моего диагноза «обсессивно-компульсивное расстройство» она не сказала ничего нового. Я и раньше ходил к психотерапевту, но, поскольку не доверял психологу, который отчитывался перед моим дядей, я всегда держался отстраненно. Я был осторожен в своих ответах и никому не позволял заглядывать за завесу моего сознания.

Сегодня все по-другому, потому что я заставляю себя отвечать честно и открыто, не желая, чтобы мое упрямство помешало мне добиться прогресса. Я отвечаю на все вопросы доктора Мартин, как послушный пациент, ищущий ответы на самые важные вопросы своей жизни, и в ответ получаю непредвзятые комментарии.

Я не возлагал больших надежд на эту встречу, но когда психолог даже глазом не моргнула, когда я рассказал о браслете с маячком, который купил Лили, она заслужила мое уважение.

— Можете ли вы подробнее рассказать о других ваших компульсивных наклонностях?

Я рассказываю об основных из них, в том числе о том, что меня беспокоит безопасность, приготовление пищи и степень чистоты продуктов, прежде чем перейти к своим страхам, связанным с Лили.

— Кажется, вы через многое проходите, — она что-то записывает себе в блокнот.

— Именно поэтому я здесь.

— Что заставило вас решиться на этот шаг после… — она просматривает свои записи. — Более двадцати лет подобных чувств?