Книга Договорная любовь, страница 100 – Лорен Ашер

Эта ситуация также повлияла и на него, если не больше, но по его самодовольной улыбке этого не скажешь.

Я ему еще покажу. Я опускаю руку ниже, прослеживая его мышцы живота одну за другой, а его грудь замирает, когда он задерживает дыхание.

— Ты в порядке? — невинно спрашиваю я, хлопая ресницами.

— Просто жду, когда ты закончишь.

Я смотрю на него с улыбкой.

— На твоем месте я бы готовилась ждать вечность.

Слегка толкнув его, он спотыкается и пятиться назад, а я спрыгиваю с кровати, хватаю пижаму и скольжу в ванную, смеясь над его ошеломленным выражением лица, когда хлопаю дверью.

После того, как я трижды встаю, чтобы проверить замок на двери, я в последний раз ложусь в постель. Я лежу на правой стороне матраса, хотя предпочитаю левую, потому что не доверяю хрупкому замку, который должен защищать нас от злоумышленников.

Я видел слишком много видео, где люди врываются в гостиничные номера, поэтому шансы, что я смогу поспать сегодня больше пары часов, невелики, особенно когда я думаю о том, с кем мне предстоит делить постель.

Если бы мне было плевать на Лили, я бы предпочел свое собственное удобство ее безопасности, но во мне есть эта неоспоримая потребность ее… защищать, наряду с моим желанием обладать ею. Оно усиливается с каждым часом нашего притворства, и я до сих пор не совсем уверен, как справиться с этими сложными чувствами.

Меня одновременно охватывают несколько эмоций, и это подавляет меня после стольких лет жизни на автопилоте — существования, но не настоящей жизни.

Лили, которая страдает от противоположной проблемы, не подозревает о моем экзистенциальном кризисе. Она поет песню, принимая душ, и невозможно игнорировать ее присутствие.

С кровати слышно, как вода брызгает на плитку, и, прежде чем я успеваю сдержаться, мое воображение начинает самостоятельно дорисовывать за меня эту картинку.

В моей фантазии Лили стоит под горячим душем, полностью обнаженная, мыльная вода стекает по ее телу. Ее глаза закрыты, поэтому она не видит, как я вхожу в душевую кабинку за ней. Она вдыхает, когда мои руки обнимают ее, но этот вздох быстро сменяется стоном, когда я скольжу рукой по ее животу, прежде чем наконец дотянуться до ее…

Этот образ в моей голове разбивается, когда Лили роняет что-то в душе.

Черт.

Я хватаю одеяло и подтягиваю его до подбородка, молча приказывая своей растущей эрекции успокоиться, прежде чем Лили выйдет из ванной.

Несмотря на все мои усилия отвлечься, мои мысли возвращаются к Лили, и я виню в этом ее пение. Хотел бы я сказать, что она плохо поет, но все далеко наоборот, — у нее приятный, чувственный голос, который не соответствует ее «розовый — мой любимый нейтральный цвет» темпераменту.

Мне хочется пробраться в ванную и выключить ее телефон, потому что мне не нравится, что она слушает голос другого мужчины, когда голая.

С разочарованным стоном я откидываю голову назад на льняное изголовье.

Через минуту Лили приоткрывает дверь на несколько сантиметров и высовывает голову в щель.

— Ты в порядке?

— Да. А что? — я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, и жалею об этом.

Вода стекает по ее коже, капает с шеи и исчезает под белым полотенцем, обернутым вокруг нее.

— Мне показалось, что я слышала странный шум.

Просто это я умираю.