Книга Скандальное ЭКО, страница 9 – Елена Николаева

Он высокий, на голову выше меня, крепко сложен, с широкими плечами.

Из-под распахнутой парки виднеется обтянутая водолазкой, прокачанная грудь.

Он легко перекладывает чемодан в другую руку. Каждое его движение полно силы и уверенности.

— Пойдемте, ребенку холодно, — мужчина настойчиво кивает в сторону подъезда.

Я задерживаю на Давиде благодарный взгляд.

— Спасибо вам огромное за помощь, — добавляю.

— Не стоит благодарности, Арина, — спокойно отвечает наш спаситель, мягко подталкивая меня к ступеням. — Рад, что смог вам помочь.

Арина

— Арина? — с потрясением в голосе произносит мама, распахивая дверь. — Господи, дочка, что случилось? Я себе места не нахожу с тех пор, как оборвалась связь. Слава Богу, вы здесь. Марат не с вами? — она поспешно выглядывает в коридор, пока я вхожу в квартиру, крепче прижимая к себе спящего Никиту. — Я не могу до него дозвониться.

— Мы одни, — тихо отвечаю, опускаясь на банкетку в прихожей. С трудом стягиваю с ног сапоги. — Мама, пожалуйста, возьми на лестничной клетке чемодан.

— Чемодан? — мама снова выглядывает в коридор, удивившись моим словам.

Через секунду затаскивает багаж в квартиру, бесшумно закрывает дверь и оборачивается ко мне.

— Арина, дочка, что происходит? Почему вы с вещами? Как это понимать?

— Марат хочет развода, — устало выдыхаю, чувствуя, как голос становится сиплым и чужим. — Папа дома?

— В ванной… — мама замирает, устремив взгляд на спящего внука. — Какого развода? Почему? — в ее голосе появляется паника. Лицо бледнеет от сокрушительной новости.

— Мама, давай не в дверях, — избавившись от сапог, поднимаюсь с банкетки, ощущая, как голова идет кругом. — Я еле держусь на ногах. Никитка перенервничал, только-только уснул.

— Господи, проходи, конечно, — очнувшись от шока, мама срывается в зал, уже на ходу в спешке достает из комода свежее постельное белье. — Сейчас я застелю вам постель, там и поговорим.

Я медленно следую за ней, держа Никиту на руках, а затем останавливаюсь у двери зала, осматриваюсь: домашняя уютная обстановка вдруг кажется тесной и чужой.

— Папе пока ничего о разводе не рассказывай, — прошу, едва слышно. — Дай мне пару дней разобраться со всем этим. Не хочу, чтобы он с Маратом ругался.

— Хорошо, — кивает мама, раскладывая диван.

Я стою, прижимая к себе сына, и понимаю, что нам с Никитой будет тяжело ютиться в родительской квартире. Придется искать жилье, пока не добьюсь у Марата права вернуться в нашу квартиру. Как бы там ни было, я такой же собственник, как и он.

— А Юлька где? — спрашиваю, оглядываясь назад. Дверь в ее спальню прикрыта. Будь она дома, наверняка уже вышла бы ко мне.

— На работе задерживается, — бросает мама, подбивая подушки для нас с Никиткой. — Привезли новую партию товара, будут с девчонками разбирать.

— С таким рабочим графиком она должна зарабатывать вдвое больше, — хмыкаю я. — Зря не пошла ко мне в салон.

— Она и зарабатывает, — усмехается мама, подворачивая край одеяла, чтобы уложить Никиту в постель. — Вон, шмотками дорогущими забила весь шкаф. Зачем ей столько, ума не приложу. А обувь? Коллекционирует ее, что ли? Хоть музей бери да открывай…

— Молодая еще. Куда ей деньги девать?

— Лучше бы на квартиру копила, — мама вздыхает.

Подойдя ко мне, бережно берет сына из моих рук.