Книга Ангел за маской греха, страница 118 – Алиса Бренди

Кулаки сжались сами собой при этой мысли, костяшки побелели. Андрей... Он чуть было не убил её. Чуть было не отнял у меня ее…

Стоп.

А точно ли это был Андрей?

Сомнение закралось в голову, холодное и неприятное. Он действительно был за границей, когда Элю пытались убить. Я проверял. Видел билеты, подтверждения из отеля, даже фотографии в его соцсетях с геолокацией. И я знал брата — если он уезжал отдыхать, то отдыхал по полной. Не отвлекался на дела, на месть, ни на что другое. Он умел наслаждаться жизнью и моментом, в отличие от меня.

Что если это действительно не он? Что если кто-то другой пытался меня убить, а попал в неё?

Или... хуже. Что если не напутали? Что если яд был именно для неё? Что если кто-то действительно хотел убить Элю, а не меня?

Мысль была тревожной. Слишком тревожной. Потому что если это не Андрей, значит, угроза всё ещё существует. Значит, где-то есть человек, который хочет моей смерти и может снова попытаться. И снова попасть в неё. Или все-таки целью с самого начала была именно она. И тогда следующая попытка — лишь вопрос времени.

Нет. Этого я не допущу. Ни за что.

Она останется со мной. Здесь, в моём доме, под моим контролем. Пока я не узнаю наверняка, кто стоит за отравлением. Пока не выясню каждую мелочь, не проверю каждую версию. Пока не найду того, кто посмел это сделать, и не устраню угрозу полностью вместе с её источником. Она будет рядом, под моей защитой, там, где я смогу контролировать каждый её шаг, каждого, кто к ней приближается. Где никто не посмеет даже взглянуть на неё с плохими намерениями.

Это была правда. Чистая, неподдельная правда. Я действительно за неё переживал. Действительно боялся — нет, ужасался мысли, что её могут снова попытаться убить. Что я могу потерять её, даже не успев... Даже не поняв, что именно она для меня значит.

Но это была и ложь. Потому что одновременно с искренним беспокойством во мне жило эгоистичное, собственническое желание. Я нашёл себе идеальное оправдание. Безупречную причину держать её рядом, не отпускать, контролировать каждую минуту её жизни. Прикрываясь заботой о её безопасности, я мог делать то, что хотел с самого начала — владеть ею.

Эля

Молотов должен был заехать за мной после обеда и отвезти на последнюю капельницу. И сегодня я не просто поеду на процедуру и вернусь обратно. Сегодня я попрошу отвезти меня домой.

Я уже репетировала в голове, как скажу ему это. Спокойно и уверенно. Он должен меня отпустить. Просто обязан. У него не осталось оснований держать меня здесь.

Возможно, это мой последний день в этой комнате.

Мысль была странной. Она пугала и одновременно приносила облегчение. Я медленно обвела взглядом пространство вокруг. Забирать с собой я ничего не собиралась. Только свое: ключи от квартиры, банковскую карточку, на которой едва ли осталось хоть что-то, и телефон. Я пришла сюда ни с чем. И уйду так же.

Его подарки так и лежали на столе, где он их оставил. Нетронутые, всё ещё в упаковке. Я ни разу не посмотрела, что внутри. Не хотела и не собиралась. Что бы там ни было, это не имело значения. Я не хотела брать от него ничего, кроме того, что он мне должен — свободу.

Сегодня был идеальный для возвращения домой. Несостоявшегося убийцу поймали. Его показания записали под протокол. Полиция всё оформила, увезла его в больницу под конвоем. Все угрозы нейтрализованы. Больше нет никаких причин держать меня здесь. Последняя капельница, и всё. После неё я скажу ему. Попрошу отвезти меня домой. Мы поговорим в машине, я все объясню. Он поймёт. Он просто обязан понять.