Книга Тянет к тебе, страница 81 – Ана Сакру

— Да нет, не надо, мне нормально, – слабо улыбаюсь, пытаясь его остановить, но Яр уже встает со скамьи.

Уходит в большой дом, где кинул свои вещи. Покусывая губы, провожаю его взглядом.

— Если устала от того, что у тебя появился личный услужливый хвост, просто скажи ему. Зная Ярика, он сразу отстанет, – улыбаясь, шепчет мне Лида на ухо.

Боже! Смущаясь до предела, прячу в ладонях лицо. Конечно, это все очень заметно… И капец как странно, учитывая, что это Яр!

Если это все опять игра с его стороны ради одной ночи на чужой даче, то это просто предельно жестоко с его стороны!

— Я не очень понимаю, что все это значит, – признаюсь Лиде глухо.

Мне хочется хоть от нее услышать какие-то заверения, если уж Тихий выбрал тупо молчать и без лишних слов раскалять меня своим обволакивающим присутствием.

Лида смотрит на меня с королевским снисхождением и выразительно выгибает бровь. Мол, ты дурочка?

Дурочка, да. Я запуталась!

— Только у него, умоляю, в лоб не спрашивай, что это значит, – наконец выдает подруга, фыркнув от смеха, – А то Ярика легко может опять закоротить, и все настройки слетят к базовым!

И хохочет. Так заразительно, что и я заливаюсь с ней, прикрыв рот ладонью и шепча ей на ухо сквозь смех:

— Ок, поняла. Молчу!

— Держи, – Яр подходит сзади и накидывает на меня свою зипку.

Его ладони на мгновение мягко сжимают мои плечи, пальцы вдавливаются в кожу. Отпускает, а я все равно чувствую теплую тяжесть его прикосновения.

— Спасибо, – отзываюсь, просовывая руки в длинные мне рукава и запахивая на груди расстегнутые полы зипки.

Незаметно утыкаюсь носом в ткань. Прикрыв глаза, вдыхаю горьковатый, насыщенный запах Яра. Мурашки бегут, ставя дыбом мелкие волоски и щекоча затылок. Горячее тянущее чувство разливается по животу. Я теперь в прямом смысле окутана им.

Яр садится на скамью рядом со мной, отодвигая Чижова. Тут не так много места, и его плечо и бедро вполне естественным образом плотно прижимаются к моим.

И мне жарко. Жарко опять.

И я снова погружаюсь в наш невидимый, изолирующий от остального мира кокон. Рассеянно смотрю перед собой, ничего толком не видя. Непроизвольно слабо улыбаюсь. Ребята вокруг продолжают весело болтать. А между мной и Яром медленно пульсирует тягучее напряжение, мешающее не то, что заговорить, а даже свободно сглотнуть.

Кошусь на Тихого, на его профиль. Взгляд шальной, горит, направлен на Эмиля, который сейчас с ним говорит. На губах такая же, как у меня, рассеянная улыбка. Крутит в руках полупустую бутылку пива, которую цедит уже целый день. И я чувствую, что его периферийное зрение цепко впивается в меня, отслеживая каждое движение. Его колено периодически дергается и нетерпеливо толкается в мое, словно Яр сдерживается. Как взведенная пружина, укрытая пуховым одеялом.

— Ты что-то вообще не пьешь, брат, – замечает Эмиль и подстебывает, – Отец закодировал что ли?

Яр коротко смеется, прикладывая к губам горлышко стеклянной бутылки и делая глоток.

— Если завтра на работе перегар учует, то блин… Не удивлюсь, если до этого дойдет, – выдает.

Парни ржут, переключают внимание на Эмиля с Яром.

— Что, крепко за тебя взялся старик? – интересуется Гордей.

— Нормально, – щурится Яр, улыбаясь.

— И как тебе начальником? – толкает Тихого в плечо Ваня Чижов, сидящий рядом.