Книга Слишком близко к тебе, страница 74 – Ана Сакру

— Я слышала, вы с Гордеем его лучшие игроки, – сдаюсь и притормаживаю в коридоре, чтобы идти рядом.

— Точно не завтра, – хмыкает Эмиль, смотря мне в глаза.

И эти глаза будто совсем о другом со мной разговаривают. Будто наша болтовня лишь прикрытие, оттягивание момента…

У меня ноги ватные, каждый шаг к комнате все сложнее дается…

Мамочки… А если не только целоваться? Я смогу его остановить? Вообще захочу останавливать? У меня ведь не было никого… А мы даже не встречаемся! Просто…

Нет, это точно нельзя. Но…

— Как бы в итоге вообще душевые драить не пришлось вместо уборщиц, – хмыкает Эмиль, продолжая болтать, а взгляд все жарче и жарче. И даже голос будто ниже становится у него.

— Оу, у вас такие интересные наказания? – поддерживаю разговор, косясь на свою комнату, до которой осталась пара метров.

— Да, Боря еще тот креативщик, – тянет Караев и открывает передо мной мою дверь.

Застываю. Он тоже. Смотрим друг другу в глаза.

— Ну… Спокойной ночи, – помявшись, выдаю я и боком отступаю в комнату.

Эмиль ничего не отвечает. Вместо этого он шагает за мной и захлопывает за нами дверь, будто разом отрезая от реальности.

Оказываемся в кромешной темноте. Так близко.

Эмиль рывком притягивает меня к себе, его хмельное горячее дыхание касается моего лица, одна рука зарывается в волосы на затылке, не давая увернуться, а другая обнимает за талию. Чувствую, что наклоняется поцеловать. Паникую и горю предвкушением одновременно.

— Свет…– бормочу, потянувшись к выключателю.

— Не надо, еще застесняешься, – насмешливо шепчет Эмиль у самых моих губ.

И все. Я сдаюсь, потому что он меня целует.

Медленно, ласково и невозможно нагло одновременно. Его язык проходится по моим губам, слизывая вкус, и неспешно проникает в рот. Касается моего языка, гладит его, заставляя отвечать. Пальцы нежно перебирают волосы. Рука с талии соскальзывает на попу, нахально сминая и приподнимая бедра поближе к своему паху, так что мне приходится встать на цыпочки и обнять его за шею, чтобы не рухнуть.

Я чувствую его эрекцию, она вдавливается мне в живот. В его слюне горькие нотки алкоголя, и я сама будто пьяная уже через секунду. Так темно, что непонятно открыты или закрыты у тебя глаза. Это все сон… Невозможно жаркий сон. Пятимся к кровати вслепую.

— Эмиль…– шепчу в подступающей панике, когда укладывает меня на постель, – Эмиль, я никогда…

— Тш-ш-ш…Мы же только целоваться, – сбивчиво бормочет, устраиваясь рядом на боку и притягивая к себе, – Только целоваться… Малиночка…Сладкая ягодка моя…Девочка…– он еще пьяный, невнятно тянет слова. Но так чувственно…

А потом снова целует, глубоко и медленно, закидывая мою ногу к себе на бедро и прижимаясь ко мне всем телом.

Он такой горячий, твердый, сильный, большой, что поначалу мне страшно. Если я буду сопротивляться, он заметит вообще?

От этих промелькнувших в голове мыслей я напрягаюсь – мне в позвоночник будто вбивают кол. Мне нервно от того, как жадно он меня трогает, как настойчиво сплетает мой язык со своим, как тяжело, надрывно дышит и ритмично, словно неосознанно вжимается своими бёдрами в мои. Но…

Мы целуемся, и целуемся, и целуемся, и ничего другого действительно не происходит.

Эмиль не лезет мне под одежду и не пытается уложить на спину, и я постепенно уплываю, полностью отключая мозг и утопая в тех ощущениях, что он дарит мне.