Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 95 – Лиза Мирель, Алекс Холод

Его руки коснулись моих боков – мягко, почти нежно. Он не спешил. Пальцы скользнули выше, к груди, но не сжали её, а лишь прошлись по коже, задержались на сосках, лёгко, почти лениво, отчего они тут же откликнулись, затвердели, выдав себя. Он явно тянул время.

Я почувствовала прикосновение его члена к промежности. Он не торопился. Головка скользила вверх-вниз по моим половым губам, лаская клитор, собирая влагу, смешивая её с уже имеющейся. Он вошёл медленно, преодолевая сопротивление мышц миллиметр за миллиметром, давая мне прочувствовать каждую складку, каждый сантиметр его продвижения. Это было мучительно сладко и невыносимо напряжённо. Он был не очень большим, но идеально подходил, входя так, будто находил своё естественное место. И когда он был внутри полностью, он замер.

И тут началось то, чего я боялась. Я почувствовала пульсацию. Не ритмичные движения, а внутреннюю, судорожную пульсацию его члена прямо у меня внутри. Он был на грани. Он начал двигаться иначе: не вперёд и назад, а короткими, мелкими, почти вибрирующими толчками, словно пытался удержать нарастающую волну, обмануть собственное тело.

Пальцы, державшие мои соски, замерли, сжались в судороге.

— Ох, чёрт… — прошептал он сдавленно, и в этом шёпоте было отчаяние.

Я всё поняла.

И где-то на пятидесятой секунде это случилось. Изнутри, из глубины, куда он был погружен, пришла первая горячая волна. Потом вторая, более мощная. Третья. Его член дёргался, выплёскивая сперму прямо в мою матку. Его тело дёргалось, выдавая то, что он уже не контролировал. Это было не резкое завершение, а глубокое, интимное, неконтролируемое излияние – полное, обильное, сопровождаемое тихим стоном поражения.

Он кончил в меня.

Он вытащил свой мягкий, скользкий член, и я сразу почувствовала, как теплая, густая жидкость начинает вытекать из меня по внутренней стороне бедра, не оставляя сомнений.

— Девочки! — хрипло выкрикнула я в темноту кабинки, голос срываясь. — Кто-то из ваших… кончил в меня! Слышите?

Никто не откликнулся. Густая, виноватая, тяжёлая тишина. Видимо, девушке Дмитрия было не просто неприятно это слышать – это был гвоздь в крышку гроба их доверия. Их дома ждал не просто неприятный разговор, а настоящая буря. А я осталась стоять, чувствуя, как сперма Дмитрия, чужая, липкая, продолжает сочиться из меня, смешиваясь с моими собственными соками и смазкой предыдущих мужчин. Я была помечена. И Арсений это почувствует.

И вот – его шаги. Арсений. Четвёртый. Он шёл медленнее других. Я слышала, как он останавливался у каждой стойки, и каждый стон другой девушки отзывался во мне ударом ножа ревности и острой, невыносимой физической тоски. Он трахал их. Моих двойников. И я должна была слушать.

Наконец, он подошёл ко мне. Его руки вошли в отверстия. Они нежно, почти с тоской, коснулись моих боков, потом поднялись к груди. Он взял её в ладони, провёл большими пальцами по соскам – медленно, узнаваемо – и я невольно вздохнула, потому что этот жест был нашим, выученным годами.

И он вошёл. Член Арсения, который я знала наизусть – его длина, изгиб, толщина – проскользнул внутрь, но путь ему преградила не моя сухость, а густая, чужая слизь. Он вошёл в меня сквозь сперму Дмитрия. Его член протолкнул её глубже, смешал с нашей общей смазкой, но разница была ощутимой.