Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 78 – Лиза Мирель, Алекс Холод

Женя ускорился, сжимая мою талию так, что казалось – вот-вот оставит синяки, его тело плотно прижималось к моему, дыхание сбивалось, а движения становились всё менее сдержанными.

Он вытащил член из меня – резко, оставляя внутри ощущение пустоты. Я едва успела опереться о стену ладонями, как Женя уже грубо развернул меня лицом к себе, вцепился руками в мою талию, и, не дав опомниться, одним мощным движением приподнял меня вверх. Спина вдавилась в холодный мрамор, плечи невольно прогнулись, платье снова распухло у пояса россыпью жемчуга.

Я машинально обхватила его за шею обеими руками, вцепилась пальцами в мокрые от волнения волосы на затылке. Пятки заскользили по его бёдрам – мои ноги, обутые в белоснежные туфли, обхватили его талию, каблуки оставили следы на чёрных брюках. Он крепко держал меня, почти в невесомости, между твёрдой стеной и своим телом. Всё вокруг – шёпот голосов в зале, звяканье бокалов, далекая музыка – будто исчезло: остались только мы и сдавленные стоны в этой золотой раме дамской комнаты.

Женя одной рукой удерживал меня за талию, прижимая ещё крепче, другой начал суетливо разбираться с подолом платья. Он быстро освободил одну мою руку, дав мне приподнять платье самой, оставив остальное свисать в хаотичной роскоши, открывая мои бёдра. Его взгляд, жадный, скользнул по моей груди под корсетом, по тонкой полоске трусиков, спущенных к лодыжкам, по телу, затянутому в свадебный наряд, который с каждой секундой становился всё более неприличным.

Когда он снова направил свой член, я почувствовала, как напряжённые мышцы его живота дрожат от усилия. Он проник в меня резко, не давая времени свыкнуться с новой позой – тяжесть его тела прижимала меня к стене, а от каждого движения я буквально подпрыгивала в его руках. Я не выпускала его шею, боясь упасть. Мои ноги сжимали его талию всё сильнее, туфли цеплялись за поясницу.

Я невольно застонала – намного громче, чем прежде, этот звук вырвался без всякого контроля. В зеркале отражалась уже не невеста, а чужая женщина: с разметавшейся фатой, лицом, пылающим от стыда и странного, нестерпимого удовольствия. Платье топорщилось, открывая бёдра и ягодицы, грудь тяжело вздымалась в корсете, а губы были приоткрыты от рваного дыхания и новых стонов.

Женя двигался мощно, резко, удерживая меня на весу. С каждым его толчком я чувствовала, как всё внутри наполняется жаром, как дрожит всё тело, как теряется ощущение времени и пространства. Его губы скользнули по моей шее, зубы царапнули кожу – я закусила губу, чтобы не закричать во весь голос.

— Женя… пожалуйста… — выдохнула я между стонами, чувствуя, что уже на пределе. — Когда будешь… кончать… вытащи… и не на меня… а то платье… испачкается… от спермы… не отмыть…

Я сама не узнавала свой голос: он был хриплым, ломким, наполненным мольбой и каким-то унизительным волнением. Женя только усмехнулся, дыхание его стало совсем тяжёлым, движения всё яростнее. Пальцы его впивались мне в талию, я буквально тонула в этом унизительном, запретном вихре страсти, в котором праздник, гости, музыка остались где-то далеко – за закрытой дверью этой золотой клетки.

Его член входил в меня быстро, почти с жадностью – я ощущала, как он заполняет меня до предела, растягивая, с каждой секундой всё глубже. Каждый толчок вызывал во мне тихие стоны, превращавшиеся в прерывистый шёпот, пока он не ускорился – тогда я уже не могла сдержаться, и каждый его рывок отзывался звоном в ушах, резкими толчками, раздвигающими меня так, что платье собиралось в гармошку у пояса.