Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 73 – Лиза Мирель, Алекс Холод

По её расслабленной позе и по тому, как она судорожно сжимала ногами, я поняла – он кончил внутрь, оставив в ней горячую сперму, которую она уже чувствовала. Она дотянулась до моей руки и слабо сжала мои пальцы, молча, без слов, но в этом было больше поддержки, чем в любой речи: «Я здесь. Мы вместе. Я всё понимаю».

Посмотрев по сторонам, я заметила, что всё больше девушек отходят от борта: одни поправляли платье, кто-то уже скрылся в глубине яхты, чтобы умыться, привести себя в порядок, а их мужчины возвращались в свой конец яхты. Но мой партнёр не собирался останавливаться. Его хватка только крепла, движения становились резче, жёстче. Он рвано дышал, его пальцы всё ещё сжимали мою грудь, в то время как член вонзался всё глубже – я едва удерживалась на ногах, мне казалось, что меня буквально разрывает на части от наслаждения.

Я застонала ещё громче, забыв обо всём: весь мир сузился до этих движений, этого давления, этого ощущения заполненности и предстоящей развязки. Мои ноги дрожали, спина выгибалась дугой, грудь казалась особенно чувствительной под его жёсткими ладонями. Он мял её, растирал, целовал плечо, а в следующий момент его член забился внутри меня в последней конвульсии – он начал кончать.

Я ясно почувствовала, как его сперма с силой выплескивается глубоко в меня: горячие пульсирующие толчки, которые разливались по стенкам влагалища и смешивались с моей собственной смазкой. Его руки до боли вдавились в мою талию – он буквально вонзал меня на себя.

Ещё несколько секунд он оставался внутри, дышал хрипло и тяжело, потом выдернул член – и, не торопясь, провёл им по моим половым губам, размазывая остатки спермы по киске, чтобы ни капли не осталось на нём. В этот момент я чувствовала, как сперма начинает медленно стекать обратно: тёплая, вязкая, растекающаяся по внутренней поверхности бёдер. И он ушёл – быстро, молча, растворился в темноте, не бросив ни взгляда.

Когда всё закончилось, когда последние шаги стихли вдалеке, я медленно развернулась, держась за леерное ограждение подрагивающими руками. Ноги подкашивались, и я просто опустилась на холодную палубу. Рядом, почти синхронно, села Ника – волосы у неё прилипли ко лбу, маска сползла набок, а глаза светились усталой, искренней улыбкой. В её движениях уже не было ни страха, ни скованности – только лёгкое послевкусие облегчения.

Она вдруг потянулась вперёд и подняла мой лифчик, который так нелепо и интимно валялся у наших ног, и молча протянула мне. Я взяла его дрожащими пальцами и тоже улыбнулась – это вышло автоматически. Мы обе понимали абсурдность ситуации, её сюрреалистичность, и единственное, что оставалось – это принять произошедшее.

Медленно, словно во сне, я начала приводить себя в порядок. Застегнула лифчик, стараясь не думать о том, чьи руки его расстёгивали. Подтянула трусики с колен, поправила платье, разглаживая складки на подоле. Ника рядом делала то же самое.

Я встала, помогла подняться Нике. Мы сняли маски почти одновременно, и я увидела её лицо – бледное, с размазанным макияжем, но всё ещё красивое. В её глазах плескалось то же, что чувствовала я – смесь шока, стыда, облегчения и наслаждения.

Зал ресторана утопал в золотистом свете хрустальных люстр, отражавшемся в бокалах шампанского и создававшем ощущение волшебства. Белые скатерти, изысканные цветочные композиции из кремовых роз и пионов, серебряные приборы – всё дышало торжественностью момента. Это была моя свадьба. Моя и Никиты.