Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 28 – Лиза Мирель, Алекс Холод

Кирилл стоял между моих разведённых ног, его лицо раскраснелось, а губы были влажными от возбуждения и стеснения. Чувствовалась неловкость, почти детская неуверенность, которую не скроешь ни в каком возрасте. Его ладони дрожали, когда он придерживал меня за бёдра, стараясь не упасть самому и не дать мне соскользнуть с холодного подоконника.

Он неловко взял свой член, направил его к моему входу и, затаив дыхание, медленно вошёл в меня. Я наблюдала за его лицом: как скулы сжимаются, как глаза на секунду закатываются от наслаждения. Его член медленно, с едва заметной неуверенностью, проталкивался внутрь, будто пробуя мои границы на прочность. На секунду он замер, впиваясь взглядом мне между ног, а затем начал двигаться.

Он двигался неровно – сперва коротко и нерешительно, будто боялся сделать мне больно или, наоборот, не доверял себе. Потом нашёл ритм и начал выдвигаться почти до конца, а затем резко входить обратно, ударяя меня в самое дно. Я ощущала каждое движение: как головка члена раздвигает стенки, как влага скапливается и стекая по нему, как натягивается и скользит плоть.

Я посмотрела ему в глаза – снизу вверх, через пряди волос, которые падали на лицо. Его взгляд был почти затуманен, он не мог сдержать стонов, губы у него дрожали. В какой-то момент он вдруг потянулся к телефону, который лежал на подоконнике сбоку, и направил камеру на меня.

— Даже не думай, — я резко ударила по его руке, телефон с глухим стуком отлетел на пол. Я поймала его взгляд: острый, хищный. — Только попробуй сфотографировать меня в таком виде. Без рук оставлю.

На долю секунды в нём мелькнул испуг, но потом он снова сосредоточился на процессе – теперь в его движениях появилось больше напора. Он вцепился в мои бёдра, развёл их ещё шире, член входил и выходил с мокрым, сочным звуком, и каждый раз его основание ударялось о мои половые губы. Он ввинчивался в меня, всё быстрее, всё глубже, иногда задерживаясь внутри на секунду – будто хотел прочувствовать каждую клеточку моего тела.

Потом одной рукой он скользнул вверх – к моей груди. Его пальцы схватили мою грудь жадно, почти грубо. Он начал мять её, наклоняясь ближе, тянул сосок между пальцами, сжимал, разминал, будто ему вдруг стало мало самого проникновения. Я уже хотела оттолкнуть его, но сил не было – пусть, лучше так, чем если бы он полез целоваться, этого я бы точно не вынесла.

Я смотрела прямо на него – взгляд был острым, ледяным. Пусть чувствует себя мальчишкой перед королевой, которой никогда не достичь. Его дыхание сбилось, движения стали неистовыми, член входил и выходил так глубоко, что я чувствовала, как стенки влагалища невольно сжимаются при каждом толчке.

Я смотрела на него холодно, почти снисходительно, но вдруг Кирилл резко схватил меня за талию и поднял на руки. Я ахнула, не ожидая такой силы от этого худого, по-студенчески нескладного парня. Казалось, вот-вот выронит, но он держал меня мертвой хваткой. Я инстинктивно обвила его шею руками, ногами уцепившись за его бока, чтобы не свалиться. Было странно ощущать себя такой лёгкой, вися на нём, а ещё – вдруг стало немного весело, почти стыдно от того, насколько нелепо и одновременно возбуждающе это выглядело.

Он начал двигаться, стоя, придерживая меня за бедра. Я чувствовала, как его член вновь с силой входит в меня – теперь с каждым толчком всё тело тряслось, грудь прыгала перед его глазами, волосы падали на лицо. Он дышал тяжело, почти фыркая от напряжения, но во взгляде читалась гордость – ему нравилось, что он может удерживать меня вот так, всем своим видом показывая: я мужчина, смотри!