Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 27 – Лиза Мирель, Алекс Холод

Кирилл смотрел на меня, не мигая. Его глаза за толстыми стёклами очков были расширены от шока. Рот приоткрылся, но он не мог произнести ни звука. В тусклом свете монитора его лицо казалось мертвенно-бледным.

— Если ты меня обманешь, если кинешь после этого… — мой голос дрожал от едва сдерживаемой ярости. — Я тебя заживо закопаю. Это не угроза, это обещание.

Он судорожно закивал, всё ещё не в силах отвести взгляд. Его дыхание стало частым, прерывистым.

Я заставила себя подойти к кровати. Простыни были серыми от грязи, подушка без наволочки. Отвращение подкатило к горлу. Убрала в сторону его ноутбук, стараясь не думать о том, для чего он его использовал минуту назад. А затем полностью сняла с него трусы.

— Где у тебя презервативы? — я старалась говорить деловым тоном, как будто обсуждала условия контракта.

— Д-давай... б-без них... У м-меня их н-нет — он облизнул пересохшие губы.

Меня буквально передёрнуло от отвращения. Мало того, что я должна была опуститься до этого, так ещё и без защиты?

— Слушай внимательно, — я наклонилась к нему, поймав его взгляд. Мой голос был твёрдым, ледяным. — Если даже малейшая капля спермы попадёт внутрь, я тебе голову оторву. Я не шучу, Кирилл.

Он неуклюже кивнул, взгляд его был затуманен, на лице смесь восторга и неуверенности – будто он не верил, что это происходит наяву. Я взяла его член в руку – с отвращением, словно это был какой-то безликий инструмент, не имеющий к моей жизни никакого отношения. Но выбора не было.

Сжав губы, я опустилась над ним, резко – без нежности – направила член в себя. Чувство было мерзким, почти чужеродным, но я прикусила внутреннюю сторону щеки и заставила себя двигаться. Кирилл на секунду закрыл глаза, тяжело дыша, и в этот момент его лицо исказилось – он, кажется, был уже где-то за пределами этой убогой комнаты, у себя в раю.

Я начала осторожно приседать на нём, ощущая, как его член натянул меня, сперва почти болезненно, а потом стало чуть легче. Я ускорила ритм, надеясь, что чем быстрее он кончит, тем быстрее я освобожусь. Моя грудь дрожала в ритме моих движений, тёмные волосы падали на лицо, и я раз за разом откидывала их назад.

Кирилл, не зная, куда деть руки, вдруг неуверенно положил их мне на бёдра – его пальцы были холодными, чуть дрожащими. Я почувствовала себя будто дорогой куклой, которую выставили на витрину для чужого удовольствия.

Я прыгала на нём всё быстрее, чувствуя, как мышцы натягиваются, спина напрягается – но в этот момент он вдруг резко остановил меня.

— Я… я сам б-буду управлять процессом… — его голос сорвался на нервный смешок. — В-вставай.

Я замерла, не сразу осознав, что он сказал, но покорно поднялась, вытащив его член из себя с лёгким, влажным звуком. Кирилл уже поднялся, лицо его раскраснелось, а глаза бегали туда-сюда – он будто решил, что сейчас руководит ситуацией.

— Я х-хочу… на подоконнике.

Я озадаченно посмотрела на него, не веря своим ушам, но спорить было бессмысленно. Поймав взгляд в мутном зеркале, я видела себя – растрёпанную, взволнованную, но всё ещё красивую. Это была моя сила.

Мы поволоклись к подоконнику, Кирилл слегка заикался, что-то бормоча себе под нос. Я залезла на подоконник, раздвигая ноги шире, так высоко, насколько позволяла растяжка. Окно выходило во двор, и мысль, что нас кто-то может увидеть, лишь добавляла остроты моменту.