Книга Миниатюра в стиле жизни, страница 11 – Ирина Давыдова

— Милаша…

— Хватит меня хватать! — прикрикнула она и смерила меня взглядом. Я же не отпускал ее глаза, пытаясь в них хоть что-то прочитать. Но они выражали лишь отчаянье, а я, не сдержавшись резко наклонился и припал к сладким манящим губам. Девушка вздрогнула и оттолкнула меня со всей силы, которая в ней была, и, отойдя на метр, произнесла. — Я же сказала, что мне нужно идти, зачем ты это делаешь? Зачем задерживаешь, ты же ничего не понимаешь…

В конце она уже шептала, едва сдерживая слезы, и развернулась, ступая на ступеньки, шаг за шагом удаляясь вверх, уходя прочь, так, как она и хотела.

— Ира, — позвал я, но она лишь фыркнула и взбежала наверх, исчезая из поля зрения.

— Бл*ть, что же делать? — психанув, я направился к выходу, но меня будто что-то остановило, и я, ни о чем не думая, направился вслед за девушкой, не имея представления, на каком этаже она живет.

На втором! На втором этаже она сидела у двери ко мне спиной и что-то едва слышно шептала, я решил подойти и поднять ее, когда увидел сидящего на полу малыша и услышал его тихий шепот:

— … папа пьяный, и не пускает меня домой, — у меня глаза чуть не повылазили от услышанного, что за х*рня?

— Котеночек мой любимый, кровь откуда? — сипло спросила Ира, касаясь лба ребенка и вытирая красные капли, от чего малый поморщился, а девушка мгновенно прижала ребятенка к себе. — Господи, пощади, прошу тебя.

— Ивочка, там дядя, — показал малыш ручкой, и Ира резко обернулась ко мне, глаза ее были наполнены слезами, а по щекам размазана тушь, и она провела тыльной стороной ладони по лицу, пытаясь вытереть следы, или скрыть от меня свою слабость, до конца я не понял.

— Он не обидит тебя, дорогой, не бойся, иначе я ему голову пробью, — а вот на эту заявку я мысленно хмыкнул и увидел, как Милаша подняла мальчика на руки и принялась, что-то искать в сумочке, скорее всего — ключ. Ей было неудобно, и я понял, что пора бы мне приступить к обязанностям мужчины, а именно — решать проблемы.

Подойдя в Ире, осторожно перехватил ребенка на руки и кивком головы показал, чтобы она спокойно искала ключ и открывала нам двери. Через полминуты мы уже прошли в маленький, тускло освещенный коридор, и я, разувшись, пошел с маленькой драгоценной ношей в комнату, которая, по видимости, была единственной в этой квартире. Приметив небольшой диван около стены, я положил на него малыша и принялся стягивать пиджак, чтобы удобнее было двигаться. В этот момент девушка вошла с аптечкой в руках, которую успела взять в кухне, и, встав на колени около мальчика, судорожно искала вату и спирт в коробке.

Я, видя волнение Иры, молча поднял ее, усадив в ближайшее кресло, а сам спокойно достал вату и перекись, поразмыслив, что для ребенка все же это средство будет лучше, и принялся не спеша обрабатывать ранку над его бровкой. Малыш достойно выдержал это испытание и прилег на бочок, рассматривая меня во все глаза. Какой же он замечательный, умилительный, словно ангел, сошедший с небес. Такие детки должны рождаться в необычных семьях.

— Ты холоший дядя, я бы хотел, чтобы ты был моим папой, — меня едва не парализовало от его слов, а внутри сжался комок боли за этого ребенка. То, что он не сын Иры, я понял сразу, ведь иначе здесь был бы тот пьяный придурок, выгнавший крохотного сына из дома.