Онлайн книга «Беда майора Волкова»
|
Сегодня я обещала Нику показать щенят, которых буквально пару дней назад принесла Альма. После толстячка Кругетса, весившего почти сотню килограмм, Альма местная знаменитость. Ей посвящены куча роликов в сети и даже пара выпусков в региональных новостях. Питбуля трехлетку, которого систематически на протяжении этих лет избивали хозяева, с боем и полицией забрали волонтеры. Аля досталась нам со сломанной нижней челюстью, с отрезанным ухом, гниющей раной на передней лапе… и абсолютным недоверием к человеку. Реабилитация была нелегкой. Альме ампутировали переднюю конечность, восстановили челюсть, но пока так и не смогли помочь с возвратом доверия к людям. Альма боится громких звуков и не любит прикосновения. Но, чем чаще я к ней приезжаю, тем сильнее крепнет во мне уверенность, что у нас с ней все может получиться… Интересно, как Андрей отнесется к тому, что питов у нас станет чуточку больше, чем один? Например, четверо… Плавая в приятных мыслях, как уговариваю несгибаемого капитана на троих собак, прохожу в гостиную, отданную на откуп моему творческому гению и фрилансу. Здесь у меня есть рабочая зона, зона с мягким ковром и уютными креслами-мешками, плойкой и телеком. Но большую часть свободного пространства занимает моя мастерская… И сегодня чудесный день, чтобы посвятить его творчеству. Например, затестить новые кисти и краску. В порыве вдохновения я несколько часов не отрываюсь от холста, когда замечаю, что за окном решительно наступает грозовой фронт. Трусишка Сет уже давно забился под кровать, а я распахиваю пошире панорамное окно и кайфую от звуков. Молнии завораживают, от грохота грома закладывает уши, а внутри меня все трепещет перед дикой, неуправляемой стихией. Какой-то звук на периферии выводит из созерцательного транса. — Андрей, ты?.. — зову, сама не зная зачем. Кто, кроме него, придет домой. По спине пробегает холодок. Не получив ответа, поворачиваюсь к двери… И последнее, что успеваю увидеть, как на меня надвигается темная фигура. Крик застревает в горле, мышцы все спазмируются… Я делаю вдох, а потом резкая вспышка боли отправляет меня в небытие. Андрей Чудесный день, чтобы провести его в постели с моей Бедой. Но покой нам только снится, да, Андрюх? Янино предположение о том, что Единорог — эта неуравновешенная баба, прекрасно секущая в химии, заставляет сорваться в отдел. Дозваниваюсь до Мартынова. — У аппарата, — зевает мне в трубку. — Вы отрабатывали связь жертв между собой? — задаю вопрос. — И тебе доброго дня, Волчара. Ты считаешь, что после тебя остались одни имбецилы? — И? Тяжко вздохнув, Стас начинает нудно перечислять: — Возраст жертв от восемнадцати и до двадцати пяти, ни в какой секте не состояли, парочка проходила ребу в анонимных, некоторые тусовались вместе. Что там еще?.. Место проживания разное… Пол разный… У тебя чего засвербело-то вдруг? — А учились где все? — Да кто где… Хотя, погодь, тут у нас есть выпускники одного вуза… — Называет мне название, и я бью по тормозам, оглушенный догадкой. Да ладно?! Бред какой-то… На том конце провода Стас шуршит листами. — Хмм… и даже одногруппники попадались. Ну и чего? Один попробовал дрянь, принес другому… Связь-то ты какую хочешь найти? — Звони в этот универ, уточни, была ли у них химия, на каком курсе, кто преподавал? |