Книга В плену тирана, страница 32 – Евгения Паризьена

— Чувствуй себя как дома! Жрать подадут нескоро! А если хочешь, можешь отведать мышиного дерьма, здесь его полным-полно. Ещё в шкафу скопление тараканов. Деликатес для настоящих гурманов! — рассмеялась в лицо и поспешила на выход. Не знаю, как тут можно находиться без света, в такой суровой обстановке. Через некоторое время из ванной выскочила девушка с ужасными ссадинами на лице. Молча присела на кровать, озадачив своим поникшим видом.

— Добро пожаловать, в лагерь крыс! Девственница? — кинула свой любопытный взгляд, хорошие темы разговора, с учётом того, что мы едва знакомы.

— Для начала. Меня зовут Николь, — протягиваю руку, стараясь соблюдать правила приличия.

— Да какая разница? Хоть Дуся! Всё равно жалкая крысятина, которую изнасилуют эти монстры! Им всё можно, они так пар выпускают. Твари! — разрыдалась в подушку, осуждая незнакомых людей.

— Кого имеешь в виду? Не плачь! — осмелилась её успокоить, все попытки были тщетны.

— Мастера, мы давно хотим поджечь их лагерь, эти ублюдки, лишены морали. Я же просила их пощадить, но самый главный из них сын Ираклия зверь во плоти, руководит своими шестёрками. Гори в аду, Камиль!

— Подожди, ты, что-то путаешь, он не такой! Посмотри на меня!

— Ага, прям святоша. Взгляни, на его работу! — оголила плечо и продемонстрировала кровавые раны. На них без слёз точно не взглянешь! Боже, как такое допустили?

— Это следы от шпаги? — схватилась я за рот, боясь принимать настоящую правду.

— Только доперло? Они сначала вшестером изнасиловали меня, а потом уродовали холодным оружием! И такая участь ждёт каждую из нас! Мы сдохнем в лагере крыс, пока нас не затрахают до смерти! За что все эти муки? Я ведь хотела выйти замуж за Марио, берегла честь. Для чего? — поджала колени к груди, ни на миг не прекращая плакать. Вспомнила про бутылку воды в рюкзаке, а потом предложила ей.

— Как бы тебе не было больно, но сейчас держись! Мы должны что-то придумать! По-моему, перепутала Камиля Гладкова с кем-то другим. Он пусть и засранец, но на насилие не способен. Мы выросли вместе, а наши покойные отцы дружили не разлей вода.

— Какой ещё Гладков? Имею в виду Бойцова, сына Ираклия. Кровожадного насильника. За несколько недель, он испортил столько девиц, боюсь сбиться со счёта! — немного пришла в себя и сделала пару глотков воды. Неужели в данный момент обсуждаем разных людей?

— Ложись спать! Завтра докажу обратное. Кстати, как твоё имя?

— Тина, — сухо вымолвила она, закутавшись в то покрывало, которое нам выдали. Пришлось мне любоваться мрачными стенами до самого утра. Не решилась включить лампу, спрятанную под кроватью, чтобы лишний раз не нарушить сон измотанной соседки. Боюсь из этого тюремного ада, не так просто выбраться. Но надежда всегда умирает последней.

Звук противной сирены, от которой запросто могут лопнуть ушные перепонки. В соседних комнатах послышалось оживление, как пояснила Тина все торопятся на завтрак, ведь потом придётся голодать до самого вечера. Столовая располагалась на первом этаже, такая же серая и невзрачная, с потасканной старой мебелью.

— Присаживайся, около окна, тут самое лучшее место! Набивай живот, а то такими темпами коньки отбросишь, — придвинула тарелку с рисовой кашей, которую я больше всего презирала с детства. Увидев моё сморщенное лицо, другая девица не осталась в стороне и кинула довольно обидную реплику.