Книга Ты будешь наказана, страница 91 – Ада Ридель

Я закидываю конфету в рот.

— В смысле? И что мы делали?

— Ну-у, — многозначительно усмехается и подпирает рукой голову. — Я тебя совращал.

Понятно. Он ещё с юности извращенец.

— Ты залечивала мои душевные раны… — и опять этот лукавый взгляд и насмешливый голос. — Языком, пальцами...

Я его перебиваю. Не желаю и дальше слушать.

— Если мы встречались, почему я девственницей осталась?

— Нууу, — делает ещё глоток. — Ты меня проверяла и не хотела до свадьбы становиться полностью моей. Поэтому… Я уважал твоё решение и не лез к тебе со своим членом…

Его горячий взгляд скользит по его же чёрной майке, в которой сейчас и сижу.

Уважал? Не верю.

— По крайней мере, к твоей киске.

Я смущенно свожу колени вместе. Одёргиваю майку, закрывая его трусы, что сейчас неплохо сидят на мне. Да простит он меня за всё… Но потом постираю их сама. Главное, чтобы Иван вернулся с тампонами вовремя. До того, как здесь прольётся река из крови.

— А вот к губам…

— Всё! — вскрикиваю. — Давай дальше!

Он хмыкает.

— Ты меня успокаивала, — приятно это, конечно, слышать, но не от Арсанова. — Была моим контролером, который не давал сойти с ума.

— И ты сошёл, когда я пропала? — я не слежу за словами, что вмиг образуются в голове. Не подумав, что могу рассердить его и задеть.

— Ну, с катушек я слетел знатно, да, но уже не из-за отца, — и опять это равнодушие, с которым он пьёт алкоголь, как воду. — Немного подрасстроился. Кого-то там поубивал. Не суть. В один момент… наши отношения завязались. Я предложил переехать сюда. Ты согласилась. Пока я обустраивался здесь, ты там… пропала. Думал, сбежала от меня.

Он горько усмехается.

И именно сейчас, когда он делает это, я улавливаю странного Арсанова. Он не похож на того, что около получаса назад лез мне в трусы. Сейчас он выглядит немного… подавленным? Печальным. Словно реально вспоминает то прошлое с каким-то странным чувством горечи.

— Не выдержала. А я же искал. Нашёл… Трупом. А, оказывается, и тело не то. Кто-то подстроил твою смерть. И это точно была не ты, поскольку твои родители сказали, что нашли тебя полумёртвой. И только из-за доброты той женщины, они тебя… взяли к себе.

Я слышу это второй раз за день. Больно.

— Я понимаю, что я как-то оказалась здесь... Как? Этот же случай наверняка могли показать по телевидению, интернету. Почему никто всё равно не узнал меня?

Столько вопросов, и ни одного ответа…

— Тебя сюда кто-то привёз. Не знаю, зачем, но… Тогда, пять лет назад, когда тебя нашли на мусорке, недалеко находилась камера. И она засекла, как твой труп выкидывали, да. Не пойму, почему именно сюда, но… Машину и людей заметить удалось. По поводу информации в сети… Это дело решили замять и не афишировать. Мэр запретил поднимать шумиху. Были выборы, и…

Господи, какие же люди твари… Что я сделала не так?! Кому перешла дорогу?

— И? — что же он тянет? — Ты что-нибудь узнал?

— Машина давно на свалке, а те мужики мертвы, — Арсанов встаёт со своего места, разминает устало шею. — Проверил ещё вчера.

Я снова смотрю на тарелку конфет и пытаюсь всё понять. Голова пухнет от обилия информации.

Так вот какая у меня была раньше жизнь…

— У меня было много врагов? — спрашиваю с интересом. По Арсанову наверняка сохло немало девушек. А тут я. Мне наверняка хотели отвинтить голову и не раз.