Книга Два босса для Снегурочки, страница 41 – Tommy Glub

На улице мы делаем пару шагов по скользкому тротуару, и Тёма, сорвавшись с места, бежит к ближайшей горке с снегом, радостно крича: «Мам, смотри, какие сугробы!»

Я невольно улыбаюсь: как бы ни было мне страшно, мой сын остаётся весёлым ребёнком, который радуется каждому пушистому снежку. Пускай не знает, какой взрослый хаос скрывается за этим простым визитом в клинику.

— Тём, а поехали торговый центр? — зову я.

Сын машет рукой:

— Мам, можно ещё поиграть пять минут? — в глазах у него щенячий восторг. — Или ты торопишься?

— Нет, сегодня я с тобой, — произношу тихо.

Я никого не предупредила, что задержусь. Но тут я хочу им отдать всю власть. Пусть сами решат, чего они хотят от меня, от моего сына… В конце-концов, от жизни. Если моя задержка сегодня — проблема, то проблемой будет всё, что будет касаться моего сына.

Хочется ещё немного побыть здесь, на морозном воздухе, рядом с Тёмой.

Мы остаёмся на площадке ещё минут десять. Тёма рисует на снегу какие-то фигурки, строит мини-горку. Я поправляю ему шапку, чтобы не слетела, и несколько раз незаметно смахиваю влагу с глаз. Слёзы сами прорываются — то ли от облегчения, что тест наконец-то сделан, то ли от ужаса перед грядущими днями.

На обратном пути мой телефон пару раз вибрирует в кармане, когда мы садимся в машину. Я нехотя проверяю — неизвестный номер, а затем ещё сообщение от Адама:

«Ты сегодня приедешь? У нас совещание в двенадцать.»

В горле тут же сжимается противное ощущение. Значит, он уже взялся меня искать.

— Мам, мы поедем домой? — спрашивает Тёма, застёгивая ремень безопасности.

— Да. Или хочешь что-нибудь купить?

Он пожимает плечами:

— Мне бы покушать. Я голодный, как лев!

Я улыбаюсь:

— Ну, львёнок, сейчас мы найдём тебе завтрак.

Мы действительно заезжаем в небольшое кафе по пути, и я покупаю ему какао и большой синабон с кремом и орехами. Сама пью горький кофе без сахара, осознавая, насколько он мне сейчас нужен, чтобы проснуться.

Там же, за столиком, я отвечаю Адаму, что вряд ли сегодня приеду. Чувствую, как внутри всё ёкает.

Один день, так или иначе, они переживут без меня.

Когда мы добираемся домой, Тошка и Таня, кажется, сидят за ноутбуком, смотрят какие-то видео, хохочут. При нашем появлении брат рывком выключает звук и внимательно смотрит на меня, словно пытаясь прочесть мысли. Я коротко киваю, и он заметно выдыхает, а Таня перехватывает коробку с булочками.

— Мама, я пойду в комнату, — Тёма уже срывается в прихожую, стаскивает ботинки. — У меня там недостроенная крепость из конструктора!

— Иди, зайчик, — подбадриваю его. — Потом обедать позову.

Как только он исчезает за дверью своей комнаты, я поворачиваюсь к мелким. Во взгляде Тани читается тревожное любопытство:

— Ну? Всё нормально?

— Да, вроде. Тест взяли, сказали, через несколько дней будет готов, — я опускаюсь на диван, чувствуя, как усталость наваливается всем телом.

Тошка обходит меня, ставит передо мной чашку зелёного чая:

— Выпей, согрейся. Потом подумаешь как быть дальше.

Таня садится рядом:

— Думаешь, они будут настаивать, чтобы присутствовать теперь в жизни Тёмы?

— Не знаю. Алан точно захочет увидеть сам. Адам… тоже…

В коридоре стучат батареи, отопление надсадно гудит. В комнате становится жарче, а в душе, напротив, холод и темнота. Весь этот день отнял столько сил, а ведь ничего ещё толком не решилось. «Несколько дней». Так обещали в клинике. Несколько дней, которые будут казаться вечностью, пока лаборатория не выдаст результат.