Книга Невинная красавица для чудовища, страница 50 – Тина Грей

Ничего более.

Однако Добронравов, ощутив мой холод, мигом слезает с моего тела, ругаясь отборным матом. Наклонившись, грубо сгребает меня в охапку и притягивает к груди.

— Что ты делаешь…

Вдруг он избавиться от меня решил?

Убить.

Но он молчит. А потом происходит то, чего я ожидала меньше всего.

Он несет меня на руках в его ванную комнату. Отделанную черным мрамором, с большим панорамным окном, вид из которого открывается на горные пики.

Добронравов открывает прозрачную дверцу душевой кабины, ставит меня на ноги.

— Смой… — тягучая реплика звучит мне прямо в ухо.

Ошпаривает ключицу и шею своим дыханием.

Зверь стоит спиной ко мне, его рука тянется к полке с принадлежностями для душа. Бандит осторожно разворачивает меня к себе за плечи, берет за руку и выдавливает немного ароматного геля прямо мне на ладонь…

— Смой с меня все, — выдохнув, повторяет он, подставляя голову под прохладные струи воды.

Тело покрывается мурашками. Смотрю на мужчину, возвышающегося прямо передо мной сквозь капли воды и…

Я не узнаю его.

Что-то в нем определенно изменилось.

Не вижу в нем больше бандита из криминального, жестокого мира.

Это уже не тот мужчина, что должен был убить близких мне, людей.

Я смотрю прямо ему в глаза.

Без масок, без приказа отпустить перед ним голову.

Добронравов берет мою пыльную ладонь и подносит ее к своему сердцу.

— Смой с меня всю грязь, девочка.

Всю грязь.

Всхлипнув, подчиняюсь. Не знаю почему.

Дрожащей ладонью начинаю осторожно водить по его груди и ниже, оставляя следы от душистой, густой пены.

Это так… странно.

Избавлять его от грязи.

Вибрации от биение сердца мужчины передаются мне, обжигая изнутри.

Я на самом деле слышу стук его сердца.

А затем, Александр приближается ко мне вплотную, гладит по пылающей, от смятения, щеке и опустив голову, впивается поцелуем в мои губы.

«До крови».

Вспоминаю последнюю его реплику перед тем, как Саша начинает сминать мои губы в неистовом, жарком поцелуе.

Для меня он больше не бандит.

Я сошла с ума, когда влюбилась.

Мое сердце почернело, возможно высохло и на его месте теперь нечто другое…

Но то, что бьется у меня в груди окончательно и бесповоротно принадлежит одному ему.

Он так нежно целует. Каждый миллиметр, каждую клеточку моего разгоряченного, истосковавшегося по его ласке, тела.

Гладит пальцами плечи: еще неделю назад он был груб, брал меня жестко, как шлюху, девку, но не сейчас…

«Я не подстилка», — звучит в голове.

Но разве есть смысл напоминать ему об этом сейчас?

Александр подхватывает меня под бедра, не взирая на скользкий пол душевой кабины не отрывается от моих губ ни на секунду.

Мы стукаемся зубами, целуемся взасос, так, как никогда прежде не целовались.

Никогда.

— Такая сладкая, — сквозь шум воды слышу его хриплое, — Что же ты со мной сделала…

Сердце норовит выскочить из груди.

Мы целуемся сначала нежно, потом грубее, а потом я отключаюсь под чарами своего необузданного любовника.

Слава богу мы вылезли из душа в целости и сохранности, ничего не обронив, не разбив и не поскользнувшись.

Он поедает мои губы, кусает их до крови, испивает меня до дна как изголодавшийся безумец.

— Что же… — повторяет без остановки.

Мурашками усеивает все тело. Прохлада улицы, просочившаяся через окно, ласкает мою взмокшую от испарины и прохладной воды, спину.