Книга Роман с конца, страница 83 – Марина Сом

Я больно кусаю щёку и беру себя в руки.

— Ага, задумалась просто.

Марк резко встаёт, стул с громким скрипом царапает пол.

— Кофе? — спрашивает, продолжая буравить меня взглядом.

Я киваю. Если он пойдёт за кофе, то ему придётся отвернуться, и тогда я смогу наконец нормально вздохнуть.

— Таак, что у нас тут есть... — комментирует вслух Паша, разбирая коробки на столе. — Шоколад молочный с фундуком, швейцарский, ого, макаруны… Поль, ты что будешь?

Я пожимаю плечами — мне всё равно. Последнее, что меня сейчас волнует, — это в каком виде поглощать глюкозу.

— Там есть пастила, ручной работы, из Коломны, — Марк подносит кружку к столу и ставит на противоположную от себя сторону.

Голос Фаи прерывает мой ответ о том, куда он может засунуть свою пастилу из Коломны. Закутанная в плотный шерстяной шарф она восклицает:

— Гляньте, кто приехал. А почему не предупредил?

И к нашему с Пашей удивлению, подходит к Марку и обнимает его. Так, как будто это в порядке вещей. Видимо, с кем-то он всё же поддерживал какое-то подобие дружеских отношений.

А с кем-то — и не только дружеские.

— Полиночка, а ты чего стоишь? — Фая заботливо обращается ко мне.

— А она всё утро такая, — замечает Паша, садясь за стол со свежей кружкой кофе и раскрытой упаковкой пастилы.

Три пары глаз направлены на меня, и я даю себе мысленную оплеуху.

— Я просто не выспалась, — еле внятно бормочу и сажусь на соседний стул — от того, куда поставил кофе Марк, подтягиваю кружку ближе.

Фая замечает подарки, и я выдыхаю с облегчением, когда внимание с моей скромной персоны переключается на более интересные вещи: Марка, конфеты, ветер, крышу конюшни, погоду, Москву и снова Марка. И постепенно разговор превращается в белый шум, где я улавливаю лишь отдельные слова и фразы.

Несмотря на активное участие в разговоре, мой босс продолжает сверлить меня взглядом. Его глаза, как запрограммированные, смотрят себе в кружку, потом на меня, снова в кружку и снова на меня. Его шея и щёки принимают розоватый оттенок. Мне становится настолько некомфортно под его взглядом, что жар растекается по телу, и я начинаю ёрзать на стуле.

Мне нужно это прекратить.

Варианты побега мелькают в голове. Много работы. Мигрень. Тошнота. Обморок. Черт.

Несмотря на орущий голос разума, который отговаривает меня от задуманного, я достаю телефон и быстро набираю текст: «Хватит пялиться».

Я обещала себе ему не отвечать, и я держалась последние три месяца, но стоило ему появиться перед глазами — как я сама инициирую общение.

На экране телефона сообщения от него выстраиваются в неровную колонну. Глаза цепляются за один кирпичик, потом за другой — как будто я не читала каждую строчку десятки раз.

Гордая женщина заблокировала бы его номер. Но, учитывая условия начала наших отношений, гордость — не моя сильная сторона.

Умная женщина удалила бы сообщения, не читая.

Тоже мимо.

Быть тряпкой с мазохистскими наклонностями — читать и перечитывать, медитировать на них перед сном, часами раздумывать над ответом, набирать и удалять текст. Вот мой выбор.

Каждое его сообщение похоже на предыдущее:

«Полина, мне очень жаль. Пожалуйста, поговори со мной».

«Надеюсь, у тебя всё хорошо».

«Напиши хоть что-нибудь».

«Мне тебя не хватает».

«Я уже писал, но ещё раз: прости меня».