Книга Роман с конца, страница 25 – Марина Сом

Не поздно ли ты озаботился её согласием?

Это инфантильные оправдания, но в первый день я был так шокирован её согласием, что уточнять — а точно ли она хочет — у меня и в мыслях не было. Как никак, я не пихал свой член ей в рот, она сама его взяла. Вчера же... да, мы были одни в здании, но у неё была возможность уйти. И самое главное — если я правильно понял, она кончила. Если я правильно понял...

Сегодня я не буду повторять прежних ошибок.

Но прежде чем разрушить иллюзию, я обхожу её и становлюсь сзади, кладя руки ей на плечи. От прикосновения она вздрагивает и её кожа сильнее покрывается мурашками.

Я должен убедиться, что она этого хочет.

Но я всего лишь мужчина, в конце концов. Поэтому большими пальцами подхватываю лямки бюстгальтера и опускаю их вниз.

Я стою в несочетающемся нижнем белье в спальне своего босса.

Да, я сплю со своим начальником. Да, я делаю это не из любви или симпатии, а ради сохранения работы. И самое унизительное — да, иногда мне это даже нравится. Но никто, абсолютно никто не может обвинить меня в том, что я готовлюсь к этим встречам. Никакого кружевного или хотя бы сочетающегося белья для Марка.

С минуты на минуту должна появиться новая группа, и я в очередной раз с надеждой смотрю в окно, которое как раз выходит на дорогу, ведущую к главному входу.

Марк с любопытством ловит мой взгляд и поднимается со своего кресла. Моё сердце пытается вырваться из груди, когда он ленивым шагом обходит меня, становясь за спиной. Его шершавые широкие ладони ложатся мне на плечи, и мурашки с двойной скоростью разбегаются по телу.

Всё происходит в полном молчании. С улицы должен доноситься шум ветра, пение птиц, редкие, но звонкие переклички лошадей, но я слышу только глухие удары сердца и тяжёлое дыхание.

Большими пальцами рук Марк подхватывает лямки бюстгальтера и медленно опускает их вниз. Быстро разобравшись с застёжкой, мой предпоследний предмет одежды падает на пол.

Марк обхватывает меня за талию, и я оказываюсь прижатой спиной к его обнажённой груди. Он медленно ведёт ладонью от плеча к локтю, затем скользит к талии и, едва касаясь, поднимается вверх. Его пальцы находят мою грудь — сжимают, будто примеряя. Вторая рука повторяет движение. Большими пальцами он нежно водит по затвердевшим соскам — снова и снова. Мне одновременно хочется, чтобы он не останавливался… и чтобы эта пытка поскорее закончилась.

Опустив обе руки мне на талию, он разворачивает меня лицом к себе. Его светло-голубые глаза скачут с моей груди на губы, а потом останавливаются на моих глазах. Он смотрит, чуть нахмурив брови, будто что-то ищет на моем лицо.

Мне бы хотелось, чтобы его взгляд не имел на меня такого действия. И мне бы хотелось, чтобы на меня так смотрели вечно — жадно, горячо, с открытым желанием.

Его глаза снова находят мои губы.

Сейчас, вот-вот — и он меня поцелует.

Почему он, чёрт возьми, не целует?

Если я поднимусь на носочки и притяну его за шею, то сама смогу прикоснуться к его губам...

Марк так резко отходит от меня, что кожу обдаёт холодом. Его взгляд теперь скользит по моему телу: губы, грудь, живот, бёдра, колени, бёдра, живот, грудь, губы.

Не знаю, как с физиологической точки зрения возможно одновременно ощущать жар во всём теле и покрываться мурашками, но со мной происходит именно это.