Книга Между стрoк, страница 40 – Оливия Хейл

Эйден кажется совершенно спокойным, отвечая на откровенное любопытство мужчины почти ленивым взглядом.

— К сожалению, нет. Шарлотта пишет обо мне статью и пришла сюда для исследования.

— Пишет статью? Какую статью?

Еще один гость смотрит на меня оценивающим взглядом, и, черт возьми, я подписала соглашение о неразглашении. Я смотрю на Эйдена. В его глазах та же искра, что и раньше. Он позволяет мне ответить на этот вопрос.

Я улыбаюсь любопытному мужчине.

— Мы пока в самом начале пути. Посмотрим, как все будет развиваться.

Мужчина усмехается.

— Ладно, я понимаю, когда кто-то уклоняется от ответа. Ни у кого из вас еще нет напитков. Давайте исправим это.

Он поднимает руку и машет одному из аккуратно одетых официантов с подносом, чтобы тот подошел.

— Как дела, Хартман? Финансовые отчеты, которые твоя компания опубликовала в марте, выглядели великолепно.

Эйден улыбается. Улыбка не совсем дружелюбная.

— Вижу, ты все еще следишь за нами.

— Ты знаешь, как это бывает, — говорит мужчина. — Дома все хорошо? Семья в порядке?

— Все отлично, — отвечает Эйден.

Он выглядит таким же невозмутимым, как и раньше, но... его голос звучит как-то жестче. Изменение едва заметно.

— Хорошо, хорошо. Ну, я знаю, что у тебя много людей, с которыми нужно поболтать перед речью. И, эй, не забудь про сбор средств, ладно?

— Как я могу забыть, — сухо отвечает Эйден, и мужчина, чьего имени я до сих пор не знаю, снова смеется. — Я хорошо знаю, какую роль мне нужно играть.

— Молодец.

Он похлопывает Эйдена по плечу и направляется к следующей группе людей. Официантка, которую он подозвал, наконец подходит к нам с извиняющейся улыбкой.

Эйден берет два бокала шампанского и протягивает мне один. Я крепко сжимаю его и благодарю официантку.

— Я не должна пить, — говорю я после того, как она уходит. — Я на работе.

Эйден издает небольшой звук удовольствия.

— Верно. На очень ответственной работе.

Он издевается? Я не могу понять, и внимательно всматриваюсь в его выражение лица.

— Кто был тот человек, с которым мы только что разговаривали?

— Морис Браун.

— Кто он?

— Он руководит инвестиционной компанией.

— Он спрашивал о твоей семье, — говорю я. — Вы, похоже, близко знакомы.

У Эйдена снова сжимаются губы.

— Он хорошо знал моего отца

— Ах. Он... остается близким другом и сегодня?

Глаза Эйдена становятся жесткими.

— Он не из тех, кого ты добавишь в свой список людей для интервью.

— Значит, нет.

— Люди часто переобуваются на лету.

Он делает глоток шампанского, а затем резко качает головой.

— Мы не будем об этом говорить.

— Не здесь, — говорю я. — Но в конце концов нам придется. Да, Эйден?

Его глаза встречаются с моими, и вопрос как будто завис в воздухе. На секунду я думаю, что он собирается ответить.

И ответ в его глазах — нет.

Но затем он кладет руку мне на поясницу и ведет нас к сиденьям.

— Здесь мы точно не будем об этом говорить. Даже намеков на это не будет.

Я оглядываюсь. Вокруг много людей, одетых в красивые шифоновые платья и смокинги. На фоне звучит мягкая мелодия струнного квартета.

Вспыхивает фотоаппарат, и мой взгляд падает на фотографа, наклонившегося, чтобы сделать снимок группы, позирующей поблизости.

— Здесь повсюду фотографы, — признаю я.

Мне следует убедиться, что ни один из них не сделает четкий снимок моего лица.