Книга Между стрoк, страница 173 – Оливия Хейл

Мой голос звучит слишком агрессивно, и я не знаю, как это остановить.

— Ладно.

Он встает с хмурым выражением лица.

— Но я могу рассказать тебе все, что ты хочешь знать, если это не попадет в книгу.

— Хорошо. Потому что ты защищаешь границы своей личной жизни.

— Полагаю, да. Но это касается не только меня.

Он слегка наклоняет голову, словно пытаясь понять меня.

— Шарлотта, о чем ты думаешь?

— Срок сдачи первого черновика истекает через несколько дней. Я почти закончила. Мне нужно будет доделать его за сегодняшний вечер и завтрашний день, — говорю я.

— Хорошо. Спешить некуда.

— Мы подписали контракт. Так что, вроде как, у нас есть дедлайн.

Его губы опущены.

— У нас с тобой есть и другие договоренности, помимо контракта, которые я буду соблюдать в первую очередь.

— Хммм.

Я прикусываю нижнюю губу и смотрю мимо него на книжные полки, выстроившиеся вдоль стен его домашнего кабинета. Может быть, через несколько месяцев моя книга появится на одной из них. Ему все еще нужна фотография для обложки. Фотосессия на следующей неделе, и Эйден попросил меня пойти с ним.

— Недавно мне поступил очень интересный звонок.

Я смотрю на книжную полку, а не прямо на него. Так легче.

— Да? Все в порядке?

— Это была журналистка. Одри Кингсли из «Нью-Йорк Глоуб».

Мой взгляд скользит к нему.

— Ты знаешь что-нибудь о статье, которую она пишет?

Выражение его лица не меняется. Но в его глазах мелькает что-то странное, то появляясь, то исчезая.

— Я знаю о ней, да.

У меня сжимается сердце. Чувствую, как оно падает куда-то вниз на уровень желудка, и разочарование ощущается во рту, словно привкус пепла.

— Откуда ты ее знаешь? — спрашиваю я.

— Она замужем за одним из владельцев «Экчер Кэпитал». Наши пути время от времени пересекаются, — говорит он.

— Верно. Вы друзья.

— Не уверен, что это подходящее определение, — говорит он.

— Но вы никогда не говорили с ней о бизнесе?

— К чему ты клонишь, Шарлотта?

— Она пишет статью. Об эксплуатации в реалити-шоу.

Я скрещиваю руки на груди и на секунду пытаюсь подражать ему. Той властной манере, которую он надевал, как плащ, когда ему нужно было казаться сильным и уверенным в себе.

— В связи со статьей она подумала обо мне, хотя я никогда не рассказывал о своем опыте публично.

— Правда?

Он стоит совершенно неподвижно. Я тоже. Как будто внезапное движение любого из нас может положить конец этому противостоянию.

— Да. Она сказала, что упомянет меня, независимо от того, сделаю я заявление или нет.

Я пожимаю плечами и изо всех сил стараюсь сдержать голос.

— Потом она заверила меня — и вот это действительно странно — что мне не придется беспокоиться о том, что «Титан Медиа» подаст на меня в суд за нарушение соглашения о неразглашении, которое я подписала перед началом шоу. Знаешь почему?

Эйден вздыхает.

— Хаос.

— Знаешь почему, Эйден?

— Знаю. Я ясно дал ей понять, что не буду препятствовать независимому расследованию.

— Ты ясно дал ей это понять. Или ты сам подтолкнул ее к этой теме? Ты забываешь, что я уже довольно хорошо тебя знаю. Даже если ты всеми силами старался сделать так, что мне было трудно с тобой сблизиться.

Челюсти Эйдена напрягаются.

— Ты подобралась ко мне ближе, чем я позволял кому-либо еще за всю свою жизнь.

— Ты подтолкнул ее к написанию статьи?