Книга Гарри и его гарем 12, страница 35 – Нил Алмазов

После завтрака мы поговорили о прибытии и о том, как мне себя вести, потому что на виду у капитана и экипажа я не смогу сразу же выпустить Риллиан из хранилища. Инструкция почти ничем не отличалась от той информации, которую я получил вчера. Главное — пройти за городские ворота, а там уже можно всё объяснить и выпустить Риллиан. Она также уточнила, что во время этого может случиться непредвиденное, но пообещала сделать всё, чтобы мне не навредили. И хотя она ничего более не сказала на этот счёт, я уловил по интонации, что под вредом подразумевалась в том числе и смерть. Однако я не боялся, заранее продумав, как буду действовать, случись всё не так, как предполагается.

Когда Риллиан вернулась в хранилище, я отнёс посуду и нашёл капитана, чтобы узнать у него, как долго ещё идти кораблю. Его ответ меня порадовал: ближе к обеду мы должны быть на берегу земель ламий. Поэтому я предпочёл поупражняться с магией, пока мы не так близко к ним. Всё дело в том, что ламии очень чувствительны к любым проявлениям магии, а значит, могут атаковать издалека, если заметят боевое заклинание. Разбираться, конечно же, не будут — ударят, и всё.

* * *

За время тренировки мне удалось придумать новые техники — и в магии огня, и в магии воды. Нельзя сказать, что я их освоил на высоком уровне, но прогресс был очевиден. Мне уже даже захотелось научиться чему-то новому.

Так я и пришёл к мысли: а вдруг случится слияние с Риллиан? Вдруг смогу получить от неё способность к магическому яду? Но я тут же опомнился и отругал себя за эти постыдные мысли. Я никогда ни с кем не спал ради выгоды, и сейчас так поступать тоже не стоит. К тому же передача от неё мне столь уникальной способности слишком маловероятна.

Чтобы не думать больше об этом, я продолжил практиковаться — время ещё было.

* * *

Солнце стояло уже высоко, и стало по-весеннему тепло — чувствовался другой климат. Наверняка от континента дворфов мы двигались на юг.

Стоя на палубе, я уже видел вдалеке едва заметные очертания земли. Разглядеть что-то конкретное было сложно. Но я и не собирался никуда уходить: мне всегда нравилось встречать новые земли издалека, чтобы видеть своими глазами, как они постепенно вырастают из горизонта, открывая всё больше и больше особенностей.

И я дождался момента, когда увидел высокие скалы и горы самых разнообразных цветов: сочные зелёные, загадочные тёмно-синие и фиолетовые, яркие красные и жёлтые. То, что открывалось перед глазами, уже сильно отличалось от привычного. Все эти насыщенные оттенки могли говорить о ядовитом происхождении растительности, о чём я не забывал ни на секунду. Риллиан ведь не зря предупреждала меня, чтобы я ничего не трогал, не спросив у неё, можно или нет. Жизнь мне всё-таки дороже банального любопытства.

Когда до берега оставалось уже совсем немного, земли ламий раскрылись в полной красе. И трава, и деревья, и кустарники, и даже цвет скал — всё здесь было иным. Тот же песок на берегу — не белый и не жёлтый, а салатового цвета. Тут также красовались местные пальмы, как бы я их назвал. Эти деревья действительно напоминали пальмы, но значительно ниже. Их толстые, шершавые стволы не обхватить руками, а широкие листья имели цвет запёкшейся крови. Никаких плодов я на них, правда, не увидел.