Книга Кровь Геркулеса, страница 90 – Жасмин Мас

Я облегченно вздохнула и откинула голову на спинку стула.

Харон снова появился в дверях.

Я замерла.

Он подошел ко мне.

Льдисто-голубые глаза сверкали яростью.

— Если ты посмеешь причинить себе вред, – тихо прорычал он, высокие скулы блестели, как лезвия бритвы, – я верну тебя к жизни и буду мучить целую вечность.

У меня перехватило дыхание.

Длинные пальцы обхватили мне горло, словно Харон решил продемонстрировать, как именно.

Он провел большим пальцем по пульсирующей вене.

К горлу подступила тошнота, низ живота сжался, и закружилась голова.

Белки его глаз стали алыми.

Ощущения в животе усилились в четыре раза, и я задыхалась, переполненная незнакомыми чувствами. Что-то чуждое и навязчивое бурлило в глубине моего нутра.

Неужели он собирается воспользоваться даром и убить меня, как Кристоса?

Я ждала боли.

Харон отдернул руку и сделал шаг назад, глаза вернулись в нормальное состояние.

Я настороженно наблюдала за ним, пот струйками стекал по лицу.

— Жизни Хтоников важны, – сурово прошептал он, все еще нависая надо мной. – Ты переживешь Горнило и сделаешь Патро и Ахиллеса генералами. Если ты попытаешься хоть как-то отклониться от этого плана, я причиню тебе боль. Просто забавы ради.

Я побледнела.

Длинные ресницы дрогнули над темными тенями, обрамляющими его пронзительные глаза.

— Обещаю, ты никогда не оправишься, – хрипло продолжал он, медленно отстраняясь. – Будем только я и ты – навеки.

Подождите, о чем он вообще?

— Не волнуйся, в будущем мы вдвоем будем очень весело проводить время, – загадочно сказал он.

Я не на шутку встревожилась.

Он хищно улыбнулся.

— Но если ты позволишь причинить себе боль, то станешь моим смертельным врагом.

Я судорожно вдохнула.

— Ты знаешь, что я делаю со своими врагами? – спросил он, голос был грубым и угрожающим. – Ты слышала слухи?

Он оскалился.

— Скажи, ты хочешь узнать?

— Э-э-э, н-нет, – дрожащим голосом ответила я.

— Я знаю, что ты сделала с Кристосом. – Он ухмыльнулся. – Я знаю, что ты его убила.

Я побледнела и судорожно замотала головой:

— Нет. Нет. Я пыталась спасти его и…

— Хватит врать, мать твою! – Харон хлопнул рукой по столу. – Не смей играть со мной, – мрачно предупредил он, как будто был уверен, что я вру. – Я загоню тебя в угол. Ты даже не заметишь.

Почему он сказал, что я убила Кристоса? Мы оба знаем, что это сделал он. Может он неправильно меня понял из-за того, что я была рядом с Кристосом, когда он метался в воде? Но как можно было подумать, что я его убиваю?

Слова Харона говорили одно, а его порочный тон – совсем другое.

Мне не хватало контекста.

Я открыла рот, чтобы ответить – молить о пощаде и быстрой смерти, – но он уже скрылся в коридоре.

Ну… это уже слишком.

Моя голова качнулась вперед, и я ударилась о стол.

Харон угрожал совсем не так, как Патро. Его угрозы звучали бесконечно страшнее.

Я уже чувствовала, как он сжимает мое горло пальцами, выдавливая жизнь, и улыбается.

Какое-то время я собиралась с силами, чтобы пошевелиться. До спальни я доползла в полубреду.

Словно в тумане я выпуталась из дурацкой тоги и пошатываясь поплелась в душ. Кожу обожгло горячими потоками, но я выкручивала кран дальше. Еще и еще, ненавидя себя за божественное наслаждение, которое дарила вода.

Усевшись на плитку, я зарыдала от отчаяния под обжигающими струями.