Книга Кровь Геркулеса, страница 89 – Жасмин Мас

Выражение лица Харона было бесстрастным, слишком бесстрастным. Под маской спокойствия бурлило что-то злое.

В нем чувствовалась свирепость, словно лишь одно неверное движение могло сорвать с него фасад цивилизованности и пробудить убийственную ярость.

— Я п-пошутила, – я выдавила из себя жалкий смешок.

Харон сглотнул, и слова заклокотали в его горле.

— Надеюсь, что так, – тихо сказал он, слизывая сахар с большого пальца.

Его ногти были выкрашены в черный цвет, а на правой руке красовалась татуировка в виде скелета.

Взгляд льдисто-голубых глаз задержался на мне.

По моему телу пробежали мурашки.

Он смотрел на меня так пристально, словно желал заглянуть в самую душу.

Я потупилась, глядя в стол, шея зудела под тяжестью его жестокого взгляда, а перед глазами промелькнула вся моя жизнь.

— Аид, – спокойно сказал Харон, – хочет, чтобы я обсудил с вами двумя поступившую информацию и стратегию передвижения Титанов, прежде чем мы отправимся на следующую миссию.

Он говорит об Ассамблее смерти.

— Следующие несколько дней я проведу в своей комнате в вашем чудесном сарае, – добавил он. – Пока мой напарник занят другими делами.

Сарай? Это самый красивый дом, который я когда-либо видела. Видел бы он, где я жила.

Мои наставники встали, заскрипев стульями.

Я продолжила сидеть, только наклонила голову немного в сторону, чтобы они оставались в поле моего зрения.

Патро отвесил глубокий поклон Харону.

— Мы рады вашей компании – мы живем, чтобы служить вам, о ужасный, – сказал он голосом, полным почтения. – Не все из нас могут жить на вилле, как вы.

Я удивленно открыла рот.

Они поклоняются ему, потому что он наследник? Разве Харону не двадцать шесть? Он же всего на несколько лет старше Патро.

Патро разразился смехом, а Харон закатил глаза.

Он пошутил.

Кто бы мог веселиться с чудовищем?

— Как тебе жизнь почтенного наследника? – насмешливо спросил Патро. – Я слышал, что из-за гребаного закона о браке в этом году ты самый завидный холостяк в высшем обществе. ■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■ Я слышал, что некоторые существа тебя преследуют.

Харон сжал челюсти.

— ■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■

Не смотреть тебе в глаза кажется очень разумным.

Как и выйти замуж за богатого, чтобы больше не бояться голода.

Я бы так и сделала.

— Погоди, – Патро насмешливо охнул, – но ведь их мамы и папы Олимпийцы сказали им, что они особенные.

Оба мужчины рассмеялись.

Я прищурилась, пытаясь понять, действительно ли родители так делают или Патро продолжал шутить.

Харон скрипнул зубами.

— Я начну резать Олимпийцев, которые подойдут ко мне на следующем гребаном балу.

Мужчины засмеялись еще громче.

Я съехала ниже на стуле в надежде, что о моем существовании забудут.

— Алекс, мы продолжим наш разговор завтра, – сказал Патро.

Почему он заговорил со мной после того, как они посмеялись о том, что будут резать Олимпийцев? Почему он смотрел на меня? ПЕРЕСТАНЬ СМОТРЕТЬ. НЕ РАЗГОВАРИВАЙ СО МНОЙ.

Конечно, он продолжил:

— Тебе стоит поспать, раз уж ты перестала драматизировать и поела, – сказал Патро. – А еще тебе стоит нормально помыться: от тебя воняет.

Я его придушу.

Я смотрела в стол. Кожа ныла под их внимательными взглядами. Наконец, спустя миллиард лет, все трое вышли из кухни.