Книга Если ты позволишь, страница 92 – Вирсавия Вайс

— С вами разговаривает заведующий отделением реанимации и интенсивной терапии НИИ скорой помощи имени Склифосовского Игнатенко Фёдор Михайлович.

— Слушаю вас, Фёдор Михайлович, — голос дрожит, уходя в хрип.

Тагир почувствовал, что сердце остановилось и понеслось вскачь, галопом, раздирая грудную клетку болью. Случилось что-то страшное, непоправимое.

— Два часа назад к нам на отделение в крайне тяжёлом состоянии доставили неизвестную молодую женщину без документов. Единственное, что было при ней, — это ваша визитка. Вы бы не могли…

— Еду! — кричит он, бросая телефон и вжимая педаль газа в пол до упора.

— Суки! — орёт он, молотя руками по рулю, лавируя между машинами, играя в шашки на ста восьмидесяти.

Вслед несётся какофония клаксонов и визг тормозов, но его это не волнует никак. Он знал, он знал с самого, мать его, начала, что всё будет именно так, но какого хера?

— Прости, прости, — прошептал он, — Оля, прости… Я не хотел! Только держись!

* * *

— Кем вы приходитесь этой женщине, Тагир Мансурович? - Врач пристально посмотрел ему в глаза.

— Давайте мы с вами сделаем так, Федор Михайлович, - Зайкалов откинулся на спинку стула и прищуривается. - Вы мне пишете список того, что необходимо для вашего отделения, и не задаёте никаких вопросов.

— В таком случае я задам всего лишь один вопрос: как долго ваша знакомая употребляет наркотические средства?

— Она никогда... - Он резко подался вперед, ухватившись руками за столешницу. - Что вы хотите этим сказать?

— В крови неизвестной обнаружены критические показатели по следующим соединениям, относящимся к...

— Покажите! - прорычал Тагир.

— Пожалуйста.

Он выхватил бланк токсикологии, не веря тому, что только что услышал. Руки затряслись, буквы прыгали перед глазами, голова полностью отключилась, воспринимая цифры не как показатели, а как просто набор ничего не значащих закорючек. Все полученные в свое время знания в медицинском разлетелись, как дробь при выстреле. Но даже в таком состоянии он понимает, что выжить с этим коктейлем в крови практически невозможно.

— Она никогда, никогда ничего не употребляла. - подавленно прохрипел он.

— В таком случае, как вы понимаете, я вынужден сообщить об этом в соответствующие органы. Такие дозы просто так в кровь попасть не могли. - вздохнул врач, вытягивая из его рук лист с лабораторным заключением по токсикологии.

— Сколько? - Тагир медленно поднял глаза. - Назовите сумму.

— Тагир Мансурович, - врач встал и отошёл к окну, повернувшись к нему спиной, - простите, но нет.

— Хорошо, Федор Михайлович, делайте то, что должны. Но я могу её увидеть?

— Я провожу вас, но попрошу подготовить все документы, на крайний случай. Нам нужно связаться с её родными. Состояние критическое. И нужно срочно решить, что делать с беременностью. В её случае, если даже она выкарабкается, шансы родить здорового ребёнка минимальны. Пройдемте!

По длинному коридору. Его личная «Зеленая миля», в конце которой она. За прозрачной стеной, подключённая к мигающим мониторам, системе ИВЛ, маленькая, с лицом бледным до синевы. Волосы безжалостно собраны под бинт-сетку. Тагир сглотнул. Ему стало страшно.

— Держись, Оленька. - прошептал он, прижимая руку к стеклу.

— Мне нужно срочно принять решение о прерывании беременности.