Книга Если ты позволишь, страница 35 – Вирсавия Вайс

— Сука!- я ударила в стену ладонью, чувствуя, как ярость застилает глаза.- Где это гандон?

— Так Стремнине глазки строит, гулять её зовет.- забормотала Ленка.

Я развернулась и бегом понеслась в холл. Ленка, хихикая, побежала за мной. Ну ещё бы, когда народ отказывался от бесплатных зрелищ?

Выбежав из бассейна, я тут же увидела картину маслом: низвергнутый мной кумир обхаживал очередную дурынду, играя своими мускулами, а Стрёмина улыбалась ему, как идиотка.

— Лютый!- крикнула я на весь холл.

Он резко выпрямился, развернулся и уставился на меня своими змеиными глазами. Господи, и это его я считала эталоном красоты? Позор мне!

— Какого хера надо, Мята?- зло крикнул он.

— Смотрю, ты приглядел себе новую жертву? Тоже не терпится её в подъезде полапать, а потом всем пиздеть, что ты её отымел?

В холле наступила гробовая тишина. Все уставились на нас. Молодые мамашки руками закрывали уши детям, но уходить не особо торопились. Ещё бы, когда такая мизансцена!

— Ты что мелешь, идиотка!- Макс бросил сетку и направился ко мне.- Подрасти сначала, сука малолетняя!

— Да ты что? Прямо так? А вчера тебя мой возраст прям пиздец как устраивал. Или если титьки есть, то возраст не важен?

Меня уже несет клочками по закоулочкам.

— Заткнись, сука!

Он подошёл и схватил меня за грудки.

— А то что?- цежу я, сквозь зубы

— Подкараулю и…

— И что? Что ты сделаешь? Трахнешь? Так мы вроде уже того, или я чего-то не поняла. Вон Родина сказала, что ты уже и впечатлениями со всеми поделился! Может, и мне расскажешь? А то я ни черта не помню, после того как пизданула тебе коленом по яйцам!

Со всех сторон послышались смешки. Макс покраснел, как рак.

— На хуй пошла!

Он резко отпустил меня, и я покачнулась.

— Не принимай желаемое за действительное! Как там поживает пятый пункт? Ещё не расхотела, а то я хоть сейчас готов на тебе жениться!- заржал он.

Я замерла. Кто? Кто это знал? Кроме Ленки никто!

Развернувшись, я увидела её. Ленка стояла, закрыв рот рукой, и мотала головой. Но по её глазам я всё поняла. Она. Это сделала она.

— И кстати, ты в душе просто конфетка. Пусть народ полюбуется!

Он достал телефон. Я как во сне развернулась и бросилась к нему, пытаясь вырвать смарт из его рук, но не успела. Одно нажатие, и мой телефон блямкнул. Трясущимися руками я достаю его из кармана и нажимаю.

Сообщение. Один файл. Открываю его, уже зная, что я там увижу.

Маленький ролик, секунд на пятнадцать, где я в главной роли под душем в чём мать родила, намыливаю грудь с торчащими сосками.

Целая какофония блямканий красноречиво говорит о том, что я теперь звезда общего чата.

Скандал был страшный. Мать поставила на уши и прокуратуру, и милицию, и уполномоченного по правам ребенка. Лютого с треском выперли из сборной, чуть не впаяли статью, но родственнички подсуетились, и он отделался легким испугом. Меня окружили участием и заботой, и от этого стало ещё хуже. Я дотелепалась до КМС и, не выдержав пристального внимания, покинула спорт. С тех самых пор мужики окончательно закончили свою козлиную трансформацию, и подруг у меня тоже больше не было.

— Ляль, ну ты чего застыла?

Его руки обхватили меня сзади, вырывая меня из прошлого. Он наклоняется и прижимается губами к моей шее. Я откидываю голову назад, растворяясь в его нежности.