Книга Если ты позволишь, страница 26 – Вирсавия Вайс

— Ляля! - он взял её за подбородок и поднял лицо. - Прямо сейчас ты мне скажешь, что ты мне позволяешь тебя забрать, увезти к себе и сделать тебя своей. Ты скажешь это сама! Потому что обратного пути уже не будет. Или посылай меня на хер сейчас, или…

Он взял её руку и положил на пульсирующий член.

Она улыбнулась и сжала его нежно, но сильно, давая понять, что свой выбор она уже сделала.

Вик наклонился к её лицу.

— Скажи! Скажи это!

— Если ты позволишь, Вик, я стану твоей во всех смыслах этого слова. - тихо прошептала она, сжигая все мосты.

Он накрыл её губы, врываясь в ее рот, сплетаясь с нею языками, чумея от того, что она с ним делала.

— Всё! Хватит! - тяжело дыша, он отстранился. - Собирайся, я буду ждать тебя на улице, иначе это точно, к херам, ничем хорошим не закончится.

Быстро одевшись, он развернулся и, не оглядываяь, быстрым шагом вышел из дома. Нервно достал из кармана пачку сигарет, затянулся, пытаясь привести мысли в порялок.

— Какого хера я делаю? Развернуться и драпать отсюда к ебеням! Пока ещё можно.

А можно ли? Вся его теория летела в топку! Он тупо тонул и ничего уже не мог с этим поделать.

Она вылетела за ним через пару минут. Через плечо была перекинута сумка-шопер. Он окинул её взглядом. Его девочка, которая выбрала Вика. Просто Вика. И пошла за ним, даже не зная его. Волна нежности и злости накрыла его. Всё, что казалось простым, превращалось в головоломку, в лабиринт, правил которого он не знал. Зато он чётко понял за эти сутки одно- она ему нужна и он её не отпустит.

— Закрывайся и пошли.- резко бросил Вик,- Я оставил байк в конце улицы.

К дому на Пятницкой они подъехали уже через два часа.

Вик поставил «Харри» у подъезда, не говоря ни слова, взял Ляльку за руку и завел в парадную. Второй этаж, тяжелая железная дверь. Ключ поворачивается, но дверь остаётся закрытой. Давая ей последний шанс, он прижимает Ляльку к дверям и смотрит в глаза.

— Ляля, последний раз спрашиваю, ты точно уверена? - хрипло шепчет он, обхватывая её лицо ладонями. - Как только ты переступишь порог, всё будет кончено.

Она сглатывает, молча кивает, поднимает руку и кладет на его кисть, переплетая их пальцы.

— В конце концов, кто-то же должен это сделать, - шепчет она. - Пусть это будешь ты, Вик.

— Охереть, Ляль, вот я не понял сейчас ни хера. На безрыбье и рак рыба, или как?

— Дурачок. Я просто хочу, чтобы это был ты. - Она улыбается и снова краснеет.

Вик застонал и, схватив её за руку, завел в квартиру, закрывая дверь на замок.

— Лялька, девочка моя, иди сюда.

Он подхватывает её на руки, не давая опомниться, несёт в спальню и осторожно кладет на кровать.

Все планы красивого томного вечера летят к чёрту. Хочется прямо сейчас ворваться в неё, как войска в осажденную крепость, тараном сметая всё на своём пути. Сдерживает его лишь то, что он помнит, насколько она маленькая везде. Он охренел, когда она сжала его палец, один, сука, палец, обхватив его тугим жарким кольцом. Уже тогда ему стало ясно, что при всем его опыте, при всей подготовке её к этому, ни хрена легко всё это не пройдет. Будет боль, будет кровь. И запланированного когда-то по дури траха до кровавых мозолей сегодня уже точно не получится, да и про завтра нужно будет подумать.

— Малыха, ты пока отдохни, я сейчас. Не скучай.