Книга Грязная подписка, страница 63 – Хантер Грейвс

Наступает короткая пауза. Я напряженно смотрю на Эмму, опасаясь, что эти слова могут ее задеть или испугать. Но Эмма спешит успокоить мать, выпрямляя спину и глядя на Зинаиду Петровну с обезоруживающей искренностью.

— Зинаида Петровна, я люблю вашего сына, — твердо и мягко произносит она. В ее голосе нет ни капли обиды, только чистая правда. — Он показал мне... каково это — быть не просто объектом или красивой картинкой, а быть по-настоящему любимой женщиной.

Мама шумно выдыхает, поджимая губы, но в уголках ее глаз блестят непрошеные слезы. Она тянется через стол и накрывает руку Эммы своей теплой, натруженной ладонью.

— Ну, раз так... то и слава богу, — говорит она примирительно. — Оставайтесь, пейте чай. А мы с отцом пока в баньке всё подготовим.

* * *

Родители ненадолго оставляют нас на кухне одних. Я пользуюсь моментом, когда стук закрывшейся двери отрезает нас от остального дома, и придвигаюсь ближе к Эмме. Вдыхаю запах ее кожи, смешанный с ароматом ванили и чая, и не могу налюбоваться тем, как спокойно и уверенно она чувствует себя в моем мире.

— Ты сегодня была крайне убедительна перед мамой, — шепчу я, проводя костяшками пальцев по ее щеке.

— Я просто сказала правду, — Эмма улыбается, подаваясь навстречу моему прикосновению. Ее глаза лукаво блестят. — Хотя, признаться честно, мне было немного страшно, когда она выбежала во двор с полотенцем. Я думала, что ты сейчас покажешь класс и отберешь у нее оружие.

Я тихо смеюсь, вспоминая, как неуклюже улепетывал по сугробам от собственной матери.

— Я офицер спецназа, кролик, но против маминого гнева даже бронежилет бессилен. Она в молодости могла одной левой остановить трактор. Ты держись ее, и она отдаст тебе всё, что есть в этом доме.

— Я уже получила всё, что мне нужно, — отвечает она, и в ее голосе звенят серьезные, глубокие нотки, которые заставляют меня замереть. — Я получила тебя.

Она встает из-за стола и садится мне на колени, обвивая руками мою шею. В ее взгляде горит тот самый огонь, который сводил меня с ума через монитор, но теперь он принадлежит только мне, здесь и сейчас, в этом теплом деревенском доме.

— И если ты думаешь, что мы закончили наши игры, то ты глубоко ошибаешься, — шепчет она мне прямо в губы, ее пальцы скользят под край моего свитера, обжигая кожу. — Я все еще жду, когда ты исполнишь свое обещание.

Я смотрю в ее глаза, полные вызова и нежности, и понимаю, что готов выполнять это обещание каждый день до конца жизни.

Влад

Спустя два года

В последнее время навалилась просто уйма бумажной работы. Меня окончательно сняли с оперативных разработок и слежек, и, признаться честно, с меня этого дерьма хватит. Теперь я строгий, образцово-показательный семьянин. Моя ненаглядная Эмма произвела на свет совершенно очаровательную дочурку — нашу маленькую Лайлу. Естественно, изначально я настаивал на традиционном имени, но жена устроила мне настоящий террор локального масштаба. В итоге мы сошлись на компромиссе: решили, что имя должно быть межнациональным. Я, собственно, не в обиде.

Сейчас я сижу дома за ноутбуком, доделывая очередной сводный отчет. Лайла гостит у моих родителей в деревне, а Эмма болтает по видеосвязи со своими родственниками. Я слышу обрывки ее смеха из соседней комнаты, и в голове невольно всплывает то, как именно состоялось наше с ними официальное знакомство.