Книга Научи меня плохому, страница 89 – Анель Ромазова

Пока что, я на полпути. И моргаю, не понимая, почему он отрывался, мгновенно с меня скатываясь.

— Час, Вась. Теперь дольше не вытерпишь ты, — откашливается, болезненно морщась.

Внизу живота обрывается горящий свёрток. Жжётся, ну просто жуть.

Сведя ноги, дрожу губами. Желание пульсирует по венам, доводя до агонии весь возбуждённый организм. Настойчиво. Алчно. Требует.

Гляжу в потолок, отыскивая за что бы зацепиться и отвлечься.

Упрашивать закончить начатое, естественно, не стану. Наверное.

Блин!

— Нам точно сюда?

Макар электронным ключом разблокирует замок. Раздевалки с красноречивым "мэн" и "вумен" мы сознательно обошли. Точнее, меня целенаправленно вели по коридору вглубь развлекательного комплекса и мимо комнат со шкафчиками для хранения вещей.

Обескураженно взираю внутрь на пуфик в кожаной обивке, на чёрную мраморную раковину и открытые полки. На вешалках висит несколько полотенец и банных халатов с одноразовыми резиновыми тапками. Шапочки для купания и душевая кабинка под стеклом.

Представить себе не могла, что стану вип-клиентом, вот так вдруг.

— Тебе неловко будет переодеваться при всех, — поясняет Резник, подпихивая меня в поясницу, ни в чём себе не отказывать и войти.

Предусмотрительно.

Значит ли это, что в Макаре проснутся манеры и он выйдет, не настаивая раздеваться при нём?

При нём мне тоже будет неловко. Пожалуй, даже более чем, перед Свободиной, Калининой и другими девчонками. Светка встретилась нам на входе. Испепелила взглядом до золы, но не обронила ни слова.

Что-то в этом есть. Разобраться бы, что именно.

Присутствие Резника дарует иммунитет. Это обнадёживает, что неприятности пройдут мимо и ко мне не прицепится с претензиями какая-нибудь обиженка вроде Калининой.

Проблемка иного свойства, кто выделит мне антитела от самого Резника?

Он, как и ожидалось, проходит со мной, щёлкает замком.

Вздыхаю, удручённо, теребя лямки рюкзака.

— Отвернись, — прослеживаю с настороженностью. Серые стены в белых разводах покачиваются, словно уменьшая комнату.

Макар такой объёмный и энергичный. Заполняет пространство, поглощая меня. Я совсем крошка в сравнении с ним. В тесном помещении ощущается явственно. Как тогда. В машине. Подавляет безразмерно. Против него чувствую себя мышонком, рискнувшим согласиться на тет-а-тет с гепардом.

Гибкий он, по всем повадкам расслаблен, но напряжён в зрачках, как будто затаился и ведёт охоту.

Можно, не надо нападать. Я не сгруппировалась как следует. Шагу не успею сделать, как меня догонят.

— Я уже видел тебя голой. Частями, правда. Раздевание, Вась, неотъемлемая процедура того, чем мы будем заниматься, — с ленивой ухмылкой на губах будто… будто забавляется.

Садится на пуфик, широко расставив ноги. Локти упирает в колени, а пальцы скрещивает.

Чувство у меня странное. Мне предлагают стриптиз. Боюсь, Резник огорчится, ведь танцовщица из меня никудышная. Раздеться с лёгкой руки не получится, пока он пристально на меня смотрит, указывая с чего начать. Говорящий взгляд, горящий чистой в своём составе похотью, ложится на край спортивной толстовки, потом идёт курсивом выше, вполне ощутимо оглаживая непроницаемую для него кожу.

Вирусно воздействует, вызывая во всём моём теле припадок неконтролируемой лихорадки. Ломота наваливается или правильней выразиться ломка. Я с диким трепетом желаю, чтобы он сам снял с меня все покровы, но очнись, Ирискина.