Книга Научи меня плохому, страница 62 – Анель Ромазова

Девушка тоже человек. Разумный и мыслящий. Если Макар этого не понимает, то я ему докажу.

Необдуманно вздёргиваю подбородок, и его пальцы мягко, но настойчиво прихватывают. На губы без пререканий ложится язык, поверхностно смазывая и увлажняя.

Его наглость и стремительность не победить. Резник смотрит мне в глаза и целует, не совершая попыток проникнуть в рот. Этого относительно целомудренного действия достаточно, чтобы оказать влияние. Я держу руки по швам, но совершенно не обороняюсь, впитывая влажное и приятное тепло.

— Видишь, Ромашка, у нас абсолют во взаимности. И я готов немного подождать, пока до тебя это дойдёт, — он выговаривает трескучим шёпотом и не отрываясь от процесса.

— Я должна тебе спасибо сказать? — вспыхиваю, будто подсохшая трава от небрежно брошенной искры.

Я что ему леденец на палочке? Облизывает и обсасывает, прикрывая в удовольствии глаза. Нахальные и бесстыжие, как и сам Резник. Язык у него, ни на что другое, кроме как на пошлости, не заточен.

Отталкиваю от себя эту машину для убийств моих нервных клеток и поправляю на переносице очки.

— Твоё спасибо я и сам возьму, — разводит руками, как — будто наши потрахушки уже свершившийся факт, а я — то балда пребываю в неведении и упираюсь. — И-и-и… я передумал насчёт дивана. Мне нужна кровать королевских размеров, — завершает на недопустимо интимных полутонах.

Может сразу золотой трон приобрести? Чтобы до конца закрепиться королём положения.

— Для чего?

— Для кого. Для заносчивой принцессы-Ромашки. Чем дольше тянешь время, тем больше у меня претензий на твои лепестки. Спинка должна быть железная. Матрас жёсткий и… в особенности к ножкам присмотреться. Твои шикарны, а вот у кровати могут не выдержать, — хриплый тон ударяет по истерзанным нервам.

Где их таких учат, управлять голосом, чтобы рассекать ненужной вибрацией вдоль тела, потом добираться до клеток, сжимать их и воспламенять. Создаётся ощущение, что Макар, глядя с непокрытым желанием, прожаривает мои несчастные косточки, и они трещат.

Да, чтоб тебя! А что по факту? По факту он продолжает убеждать меня в том, что связываться, потакать и помогать …плохо.

Пф-ф-ф

Так, просто не бывает, я не верю, открывшимся горизонтам и возможностям. Я невзрачная ботанша, а он не на пике популярности, но в скором времени туда попадёт.

Проблема даже не в этом. Проблема в нём и в его обширных половых развлечениях.

— С кроватью сам справишься. Я ничего не понимаю в… постели, — я вынуждена опрометчиво упомянуть постель, избегая повторов в одной фразе.

Неосторожно врезаюсь с ним глаза в глаза и… его решение уже принято. Назад дороги нет. Как он думает, но так не думаю я.

— И это круто. Ты чистый лист, который можно приучить ко всему, — Макар добавляет соли в вагон, высыпанного им на меня перца.

— Знаешь… — с возмущением травлю. Договорить он не даёт, перебивая.

— Знаю. У тебя стадия отрицания, будет принятие, тогда поговорим.

Иди-ка ты в лес, сачком бабочек гонять, тонкий психолог и знаток естественно женского. Кому нравятся доминирующие самцы, пожалуйста, налетайте. Я не претендую и ухожу красиво.

Разворачиваюсь на пятках резко в надежде, хлестануть тугой косой по красивому и наглому лицу. Рука для пощёчины не поднялась, к моему огорчению. Всё-таки я пацифист и выступаю против любых потасовок.