Книга Это развод, мой герцог!, страница 151 – Наталья Варварова

— Потребовала парголу из бамбука, но я сказал, что обещал ее тебе, — попробовал отшутиться демон.

Получилось неудачно, и он тут же исправился.

— С ней сложно. Вроде бы стараешься, но вечно в чем-то виноват. Холоден, непочтителен, посмел усомниться…

— Слушай, ты упоминал, что наши матери похожи. В моем случае, не съела в детстве — и ладно. Ты сделал все, что мог, — и молодец.

...В тот вечер королева Грундра блистала в свете. Она подружилась с двумя маркизами и двумя графинями. Приметила трех кандидатов в мужья и уехала в номера в сопровождении наследника скотоводческой империи.

Ее Величество была зла на дочь за то, что та покинула прием довольно рано.

— Никакого уважения, — жаловалась матерь всех троллей новым приятельницам. — Один мужик на уме. Зато какой.

Два года и сколько-то месяцев спустя

Виолетта, герцогиня Виттен

Я то ли дремала, то ли по-настоящему провалилась в сон. Малышка уродилась зверски прожорливой. Сейчас она плотоядно причмокивала на правой груди. И если в первые месяцы ей и не следовало давать ничего кроме молока, то сейчас я была бы рада, соглашайся она хоть на что-то еще.

Мы с Беррион через день пробовали давать ей по ложечке полезных лакомств. Ради некоторых из них Маркус перетряхивал свои связи в самых дальних мирах. Но ни базальтовая дробь, благодаря которой я в детстве соглашалась неделю быть пай-девочкой, ни пыль сердоликового кварца (изредка его находили на метеоритах)… Ни даже измельченные лишайники из пещеры Скроллмар не вызывали у нее желания хотя бы проглотить.

На левой груди висел демоненочек. Вот у кого не было проблем с едой, однако по ночам малыш все равно просыпался и требовал маму. Даже курсы по отлучению, которые я прошла, не дали результат, зато настроили на философский лад. Мол, детство у ребенка только одно.

Иногда, чтобы поспать и рано подняться или провести ночь с Маркусом, я подкармливала сыночка перед сном, а для мелкой заготавливала молоко в бутылочки. А после сгружала обоих в комнату домоправительницы.

Однако я уже привыкла дрыхнуть вместе с ними и, когда оба были здоровы, то спали мы всем на зависть… После рассвета просыпался дом. Выходили на смену садовники, уборщики, кухарки и горничные. Две команды подготовленных нянь ожидали брухликов в двух детских (правда, малыш уже вот-вот перерастет из брухлика в бурундала). И только ближе к полудню спускалась наша троица.

— Словно утес и два кряжика, — ворчала Беррион. — Опять допоздна работать будете. Вон бледная какая. Скорее бы Ихсветлость уже домой пожаловали, всех разогнали и порядок навели. И вы сразу румяная да громкая. Счастливая.

Это она, по обыкновению, преувеличивала. Быт в отсутствие супруга (бывшего) налажен был отлично. Только у меня постепенно портилось настроение. Не сразу, а неделя за неделей.

Конечно, я не бросалась на людей, на бесов, на демонов и на орков. Я сама корректность. Но наблюдать за тем, как рядом с тобой мрачнела троллиха из королевской династии, это не каждый выдерживал.

— Сколько уже нет Маркуса, месяц? — с намеком интересовалась лучшая подруга. — Давай, дорогая, собирайся на переговоры с подрядчиками ты. А то поставки затягивают адово.

В общем, когда муж возвращался, то все работающие в особняке с огромным облегчением брали выходные и оставляли герцогскую чету наедине с отпрысками. За исключением Беррион, разумеется. Та, если и ездила на похороны, именины и свадьбы, то не чаще трех-четырех раз в год.