Книга Это развод, мой герцог!, страница 108 – Наталья Варварова

Вельзевул оборачивается ко мне. Его лицо темнеет, но я не могу заставить себя на него взглянуть. Слишком много лет я смотрела ему в глаза — и не находила ответов. Потом ушла и надежда.

А Деус продолжает:

— Это не обсуждается. Леди Виолетта Церингерен после развода возвращает себе право на перемещения между мирами. Никаких препятствий к этому не возникнет, но мы подчёркиваем данный факт отдельно. Это один из пунктов, причинявших моей клиентке наибольшие страдания во время брака.

Адвокат делает паузу. Я понимаю, сейчас последует что-то спорное. Да, так и есть.

— Леди настаивает на свободных выходах за пределы Бездны вместе с сыном. Королева троллей ни разу не видела внука, поскольку её собственные перемещения затруднены. Конечно, мать обязуется, что основным местом проживания мальчика останется Ад, к которому он физически привязан, особенно в раннем возрасте. Не в её интересах вредить сыну.

Демон уже стоит. Чтобы усилить эффект, он как бы случайно вскидывает руку.

— При этом мы отзываем ещё от одно ранее выдвинутое условие. Леди больше не просит ограничивать общение отца с ребёнком. Вельзевул в праве проводить с сыном всё свободное время, а, когда мальчик подрастёт и перестанет нуждаться в постоянном присутствии матери, отец сможет забирать его к себе. Весьма цивилизованный подход. И ещё один важный момент. Все визиты он должен заранее согласовывать. Герцог не будет появляться в резиденции семьи без разрешения бывшей жены. Он подтвердит это клятвой. Иначе в доме придётся дежурить кому-то из высших, потому что плетения или защиты, способной удержать демона уровня Вельзевула в стороне от его родных, просто не существует.

Моя рука дрожит. Я молчу. Самое главное сказано. Если Вельзевул не согласится на разрыв плетения, он никуда не уйдёт. Будет по ночам дежурить около нас — спать на кровати, под кроватью, на балконе, на ковре. Если я захочу его выгнать, придётся согласиться на кровавую драму. Он без шуток вступит в смертельную схватку с любым из первого круга. Погибнет сам — или отправится в Горнила.

Повелитель Мух продолжает глядеть в упор.

— Что касается титула… — Деус выдерживает драматическую паузу. — Герцогиня сохраняет его за собой. Всё-таки это часть её жизни и символ её положения как матери наследника.

Это подарок моему тщеславию. Если бы Маркус хотел меня унизить, я бы легко отказалась от титула. Но он не против, я знаю.

Деус не стал комментировать это решение. В конце концов, это не его дело.

Вельзевул лениво повернулся к моему адвокату. Я бросила на него косой взгляд. Сейчас у него такой вид, будто всё это касалось кого-то другого. Демонстративно то ли улыбнулся, то ли зевнул.

Изображает скучающего зверя. Понятно, что готов наброситься на Дэва, как только мы выйдем — прямо у центрального входа. Надо вызвать Конвея. Надеюсь, он всё правильно понимает.

... Это далеко не конец. Теперь очередь Маркуса. К чему готовиться? На мировое соглашение, которого добивалась Веренея, мы с Деусом не пошли.

Герцог заговорил. Низко и непривычно мягко. От его голоса кружилась голова — как будто я прямо сейчас лежу на нём, а он гладит меня по спине, не до конца убрав когти.

Это наваждение, безумие. Надо срочно избавиться от его общества. За эти недели мы провели вместе слишком много времени — больше, чем во все его предыдущие возвращения в Бездну.