Книга Эдельвейс для орка, страница 119 – Лана Воронецкая

— РейТан, — зову я.

Он рычит в ответ, и в этом рыке всё: любовь, страсть, облегчение, победа.

Мы достигаем пика вместе.

Мир взрывается светом, потом темнеет. Я падаю на его грудь, без сил, но абсолютно счастливая. Его руки обнимают меня, прижимают к себе. Его сердце бьётся у моего уха.

— Я люб-лю тебя, — шепчет он.

— А ты — мой очаг, — отвечаю я, нежась в его объятиях, в самом безопасном месте во всех мирах.

Спустя полгода.

Утро в Горном Узле пахнет нагретым камнем, мёдом диких цветов и чем-то неуловимо пряным — запахом моего орка.

Я лениво потягиваюсь, не открывая глаз, и чувствую, как РейТан придвигается ближе. Его тело — горячая скала, надёжная и несокрушимая, а в его объятиях я — трепетный горный цветок, нашедший своё убежище в расщелине.

Мой орк соприкасается со мной лбом. Наш интимный, безмолвный разговор. А его пальцы привычно переплетаются с моими. В груди разливается тепло, словно там разгорается маленький костёр.

— Мой очаг, — выдыхает он мне в губы, и от его низкого, рокочущего шёпота кожа покрывается мурашками.

Я улыбаюсь, не открывая век, и прижимаюсь к нему ещё теснее.

Ладонь моего истинного осторожно, почти благоговейно, опускается на мой живот, который за последние месяцы едва заметно округлился.

— Он сегодня спокоен, — говорит РейТан, поглаживая меня. — Не толкается, как вчера.

Я хихикаю, вспоминая, как наш малыш вчера вечером устроил в моём животе настоящую пляску.

Моя рука накрывает его ладонь, и татуировка истинной вязи вспыхивает на предплечье мягким теплом, отзываясь на прикосновение. Она пульсирует в такт моему сердцу, живая и трепетная, как и мои чувства к РейТану, которые с каждым днём становятся лишь сильнее.

— Интересно, кто там? — задумчиво произношу я, проводя пальцем по клыку моего истинного, выглядывающему из-под губы. — Маленький орк с моими глазами или человек с твоими клыками?

РейТан ловит мой палец губами, легонько прикусывает, заставляя вздрогнуть от волны желания. Его взгляд, обычно пронзительный, как у ястреба, сейчас полон такой нежности, что у меня перехватывает дыхание.

— Не важно, — обволакивает низким бархатным голосом. — Будет наш. Будет любимым.

От этих слов в душе расцветает целое поле тех самых Цветов Судьбы, что когда-то связали нас. Я приподнимаюсь на локте и делюсь с ним своей последней новостью, которую узнала вчера от сестры.

— Кстати, о детях. Алия тоже ждёт ребёнка. И ЛейРа! Представляешь?

В глазах РейТана нет удивления. Совсем!

— Ты что, знал?

А он с восторгом говорит:

— Духи благосклонны к Горному Узлу!

— Да, будет у нас весело. Три подруги с животами наперевес, — смеюсь я, представляя себе эту картину.

РейТан усмехается в ответ, и в его глазах пляшут озорные искры.

— ДарХан уже объявил, что его наследник родится первым. Он готов спорить на свой лучший боевой топор, — мой орк притягивает меня к себе для поцелуя, долгого и сладкого. — А КайРан делает вид, что всё это ниже его шаманского достоинства, но я видел, как он вчера выпытывал у старой ГырХы приметы, как определить пол ребёнка по форме живота.

Мы оба смеёмся, и я чувствую себя абсолютно, безмятежно счастливой. Но одна мысль всё же омрачает эту радость.

— Вот бы и родители были здесь, — вздыхаю я. — Маме бы очень помогли ваши источники. Да и отцу тоже.