Книга Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь, страница 282 – Кира Лин

— Никто никого не тронет, — раздался громогласный голос Уилбера, появившегося из ниоткуда. — Матиас? Отпусти Гленна, немедленно.

Блондин не торопился выполнять приказ. У Гленна уже закатились глаза в череп, тело обмякло, угрожая стечь на пол. Заскрипев зубами, я отбила руку Уилбера и рванула на Матиаса.

И в эту секунду он разжал пальцы и, криво ухмыляясь, отступил от рагмарра. Уилбер подхватил Гленна, не позволив ему упасть. А я стояла, часто дыша, и смотрела на мерзкую физиономию блондина.

— Ему нужна помощь, — спокойным голосом отметил Уилбер.

— Да что ты говоришь, — прошипела я, не спуская глаз с отступающего в тень и растворяющегося в ней ублюдка. — А что скажешь по поводу Матиаса? Сдаётся мне, ему нужен обратный билет домой, а лучше — в темницу! Никто не смеет причинять вред моим людям!

— Не будем горячиться, — попытался он меня мягко урезонить, накрывая ладонью лицо Гленна.

С кончиков пальцев потекла исцеляющая магия тёплым свечением. Она впитывалась в кожу, разгоняя яд, словно грязь, возвращая естественный здоровый цвет и заставляя чёрные паутины вен таять на глазах.

Но веки Гленна по-прежнему были с усилением сомкнуты, а рот приоткрыт в немом крике.

— Мальчишки, что с них взять?!

Я резко повернулась к нему.

— Как ты сказал? Мальчишки?! Он только что пытался убить Гленна! Считаешь это ребячеством? Безобидными играми?!

Уилбер поморщился, будто от головной боли, полностью игнорируя и моё возмущение, и магию, клубящуюся чёрным дымом у моих ног.

На нём был богатый камзол глубокого тёмно-синего оттенка, расшитый тонкой серебряной вязью по вороту и манжетам, и этот цвет подчёркивал холодную ясность его голубых глаз, делая взгляд ещё строже.

Узкие брюки сидели безупречно, вычерчивая выверенную, сильную фигуру, привыкшую к власти и самоконтролю. Внешне он оставался самим собой, но я чуяла в нём ядовитую магию Фелиции, она пожирала его изнутри, проникала в клетки, отравляла разум.

Под глазами пролегли болезненные тени, в уголках рта поступили чуть резче морщинки, придавая лицу вымученный вид.

Но он старательно изображал, будто всё в порядке.

Да, Уилбер силён и способен долго сопротивляться её влиянию. Но сколько у нас оставалось времени до полного превращения?

Из разных концов коридора бесшумно появились фамильяры и осторожно подхватили рагмарра, укладывая его на носилки. Уилбер помог припонять безвольное тело, выпрямился и, провожая их тяжёлым, сосредоточенным взглядом, заложил руки за спину.

— Не горячись. Пойдём лучше ко мне в кабинет и всё обговорим.

Я кивнула и пошла за ним, размышляя о том, что не могу ему полностью доверять. На чьей он теперь стороне?

Мы пересекли крыло Библиотеки и прошли по заколдованному тоннелю в полнейшей тишине. Я собиралась с мыслями, решая, сколько информации ему можно выдать. И есть ли вообще смысл советоваться и принимать во внимание его взгляды на ситуацию?

Я опасалась, что теперь предоставлена самой себе и принимать решения тоже мне самостоятельно придётся. Повернув голову, разглядывала профиль Уилбера, а сердце сжималось от боли.

Неужели я уже потеряла его?

Он остановился перед дверью в свой кабинет и распахнул её для меня, пропуская внутрь с коротким, едва уловимым кивком. Переступив порог, я на миг растерялась: интерьер изменился до неузнаваемости — стал мрачнее, темнее, словно красочность картинки убавили.