Книга Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло, страница 170 – Кира Лин

— Ты уверена, что хочешь этого, Линетт? — пустым, лишённым эмоций, голосом спросил он.

— Нет, — прошептала она и, поморщившись, словно от боли, сжала пальцы и потушила огонь.

Опустив голову, наставница оперлась руками о стол и глубоко вдохнула. Прикрыв глаза, простояла несколько минут, успокаиваясь. Я слышала её мысли, пропускала через себя эмоции, но отдалённо, не полностью.

Слабые отголоски, которые перекликались с моими собственными чувствами. В её теле, как в клетке, я не могла пошевелиться и заговорить с Ровером, не была способна задать вопросы самой Линетт. Зачем я здесь? Что нового узнала? Стюарт, мне нужно в другое воспоминание!

Будто услышав мои мысли, Линетт медленно подняла голову и исподлобья посмотрела на Ровера взглядом, полыхающим тёмным огнём.

Сколько ярости, сколько ненависти в нём было! Я ощутила, и Ровер тоже.

Он изменился в лице, глаза дрогнули — в них отразилась боль, глубокая душевная рана. Поджав губы, он застыл в ждущем напряжении, я почувствовала натяжение каждой мышцы его тела.

Под одеждой заметно не было, но в воздухе пульсировала магия, вибрировала, растекалась ровным потоком по комнате. Он ждал выпада Линетт, не попытался напасть первым, а молча ждал.

Она выкинула вперёд руку, резким размытым от скорости броском, развела пальцы, и её губы изогнулись в зловещей улыбке.

Наставница видела, как высасывает из него силу, отбирает сущность, чувствовала, как та течёт под кожей, бежит по венам и попадает в кулон.

Мгновение. Доля секунды — ничтожно быстрая, беспощадно короткая. Ровер знал, что его ждёт, но не дрогнул ни одним мускулом. На лице ничего не отразилось, только вымученный взгляд пронзил сердце Линетт.

Его боль вызвала в ней сомнения, заставила одуматься, и вдруг мои глаза начали наполняться слезами.

— Отойди, Ровер, — взмолилась она чуть слышно.

Я чувствовала, как ноги ведьмы подогнулись, в руках появилась слабость, но она продолжала упрямо стоять.

Он коротко качнул головой.

— Я не сдвинусь с места, Линетт. Рональд итак на грани обморока. Позволь мне стереть ему память и отпустить?

— Нет! — прошипела она. — В Академии не дозволено бесчинство! Я не могу отменить наказание — он сжёг целую секцию в Библиотеке! Как он вообще оказался в запретной зоне?!

— Это вышло случайно! — в своё оправдание проблеял Рональд из-за спины Ровера, но никто не услышал его.

— Первый курс, Линетт, — примирительно произнёс Ровер. — Вспомни, что мы вытворяли в его возрасте. Нас никто не лишал силы за нелепую провинность!

— Я не могу оставить это происшествие безнаказанным, Ровер, — возразила она и шагнула из-за стола.

Ровер холодно усмехнулся, двинувшись навстречу, но я упёрлась ладонями ему в грудь. Так странно чувствовать во сне то, чего никогда не касалась!

Мягкая ткань пальто, нежная на ощупь серебристо-синяя рубашка — я сжала её руками, посмотрев ему в глаза. Он был красив, невероятно хорош собой и мил, даже когда так злился.

Что-то кольнуло в сердце, и он будто почувствовал то же — его взгляд дрогнул и смягчился. Между нами пробежало тепло, скользнуло точечным разрядом тока, с моих губ слетел вздох.

Ровер более не сердился. Он склонился, изумлённо заглядывая в лицо, и коснулся руками моих локтей. Я смотрела на него и чувствовала себя необыкновенно хорошо, потрясающе уютно и спокойно.