Книга Пленница дракона. Клятва против сердца, страница 64 – Кристина Юраш

Я закрыла дверь. Звук прозвучал где-то очень далеко, словно из другого мира.

Спина коснулась дерева. Я сползла вниз, пока ноги еще кое-как меня держали, и плавно опустилась на пол. Потом, собрав последние крохи воли, переползла на кровать. Ткань простыни была холодной и грубой, но мне было все равно.

Я попыталась заплакать. Сжала веки, напрягла горло, ожидая спазма, рыданий, облегчения. Но ничего не произошло. Внутри зияла дыра. Огромная, черная, бездонная пустота. Слезы не шли. Глаза были сухими, как пустыня после пожара.

Я должна бороться. Должна встать. Должна собрать осколки портала, найти способ сбежать. Разум твердил это механически, как заезженная пластинка. Но желания не было. Вообще никакого. Ни страха, ни надежды, ни даже ненависти. Ненависть требует энергии. А у меня внутри выгорело всё дотла.

Просто лежать. Смотреть в потолок. Видеть, как тени от балок медленно ползут по дереву, отмечая время, которое больше не имеет значения. Словно в трещину души утекло всё: тепло, доверие, память, любовь. Остался только пепел. И тишина.

Я не знала, сколько времени так пролежала. Минуты? Часы? Время потеряло линейность, превратившись в тягучую субстанцию, в которой можно было утонуть в промежутках между ударами сердца.

Дверь скрипнула.

Звук был резким, нарушающим стерильную тишину моей апатии.

— Есть будешь?

Голос прозвучал насмешливо, но в нем сквозила какая-то странная, неуверенная нотка. Будто он ожидал сопротивления, криков, угроз. А получил молчание мертвеца.

— Нет, — ответила я. Голос вышел сухим, глухим, чужим. Словно кто-то другой говорил моими губами. — Не хочу.

Как можно есть, когда мир рухнул? Когда фундамент, на котором стояла вся твоя жизнь, оказался иллюзией? Сейчас нужно просто взять себя за шкирку, собрать заново, научиться дышать в этой новой, искаженной реальности. А сил нет. Вообще никаких. Руки и ноги стали свинцовыми. Даже элементарно прикрыть глаза казалось равносильным целой трудовой недели без перерыва.

Зачем Эверт хранил это письмо? Ради слов любви? Ради напоминания о сыне, которого я никогда не видела? Или он знал? Знал, что однажды погибнет, а мне передадут его личные вещи в запечатанном конверте «Героя Империи». И тогда я открою медальон и узнаю правду.

Странно. У боевого мага, который мог ломать стены магией и противостоять целым отрядам, не хватило моральных сил сказать мне правду в лицо. Он предпочел трусливое молчание. Предпочел, чтобы я семь лет любила призрак.

Шаги. Тяжелые, уверенные, приближающиеся к кровати. Половицы тихо стонали под его весом.

— Ты из-за камня так расстроилась? — спросил он. В голосе прозвучало легкое недоумение. Он остановился у края кровати. Я чувствовала его присутствие кожей — жар, исходящий от него, давление воздуха. — Я не хочу тебя отпускать. Прими это как факт. Ты останешься здесь. Со мной.

Фраза повисла в воздухе, абсурдная и тяжелая.

— Ты просто боишься снова остаться один? — спросила я хрипло, не поворачивая головы. Я продолжала смотреть в одну точку на потолке, где сходились две темные балки. — Ты можешь просто снять свою маску и выйти к людям. И жить себе, как обычный человек. Только не ешь соседей. Это заметят сразу.

Тишина. Даже эта шутка не заставила мой голос потеплеть и губы хоть немного дрогнуть в улыбке.