Книга Виктория. Вспомнить себя 2, страница 24 – Раяна Спорт

— Ох, если бы. Понимаешь ли, мои великие и прекрасные боги строго настрого велели пребывать в твоем теле до победного конца, то бишь пока мы не пересечем границу миров. А я послушный Керуб, не то, что некоторые.

Как бы я не старалась, но после услышанного перед глазами невольно представилась картина, которую мне захотелось стереть в первую же секунду. Керуб надменно лежал бы на мягких подушках дивана и мотал из стороны в сторону свой мощный длинный хвост, будто бы говоря о том, что он царь, а все остальные его никчемные подданые. Вот как так-то!

«Садись на меня и скатись, Изи-и-и,» — вновь пронеслось в руках сознание Себастиана, и да, я сдалась, ведь конечной точки нашего пути я даже не видела: он тонул во тьме где-то там внизу.

Дрожащими руками положила на ступень доску, боясь высвободить ее преждевременно и не успеть на нее сесть. Однако каким-то образом, хранитель отеля не спешил убегать и подождал, пока я плюхнусь на него.

А дальше произошло то, что надолго еще запомню. Вопила во всю глотку, ибо мы понеслись с такой скоростью, что я будто падала в пропасть, в котором пребывала лишь тьма и воющий ветер в ушах.

Боль в груди сменилась страхом, что я сейчас разобьюсь насмерть, если бы не вскрики Керуба внутри меня:

— Е-хо-хоу, — визжало оно, сотрясаясь в радостных конвульсиях. — Вот это скорость! Вот это приключения! — его прям распирало от переизбытка эмоций. — А ты не такая скучная доска, как эта никчемная женщина, я в тебе ошибался. Хааа, дааа!

Мне кажется, мы неслись целый час черт знает куда, пока резко не затормозили и я не свалилась на бок, перекатившись по холодной замороженной земле, при этом больно ударившись о собственное колено. Придя в себя, я почувствовала сладковато-ржавую кровь во рту: проверила языком зубы и убедилась, что только изнутри разодрала губу.

«Мало времени-и», — даже находясь в нескольких метрах от Себастиана, вибрация отдавалась внутри меня. И тут я поняла, это был сильнейший его страх: он сотрясался до того сильно, что это можно было почувствовать за многие мили.

— Ух, классно прокатились, ребятки! — теперь Керуб подпрыгивал в моем видении, словно кот, который попал в мышиный рай.

— Сколько у нас времени? — спросила я, надеясь, что внутренние часы Себастиана куда более точные чем мои.

«Меньше четверти часа», — прошелестел его голос.

Проклятье!

Взяв сея в руки, наплевав на боль, я вскочила на ноги и побежала. Хотя уверена, что со стороны это могло показаться попытками хромого человека пнуть мяч.

Ветер трепал меня, будто бумажный листок, явно мечтая разорвать на куски, но, слава богу, он не преуспел в этом деле, ибо существо внутри меня то ли не могло угомониться, бившись мне в грудь изнутри, то ли таким образом решило помочь, ведь таким образом я нет-нет, да делала шаг шире, а под конец и вовсе неслась галопом, словно лань от хищника.

— Быстрее ты, тупое отродье! Опоздаем же! Неужели не видишь, как наш друг-проказник помирает! Бесчувственная ты тварь! — вопил он, а я невольно надеялась, что с такими темпами Керуб и впрямь вылетит скоро из моего тела, на что я молилась так, как никогда прежде.

Знать бы куда еще конкретно идти, ведь во мне так невовремя проснулся топографический кретинизм! Я мотала головой из стороны в сторону, пытаясь приметить хоть что-то отдаленно напоминающее отель, но увы, я заблудилась в трех соснах!