Книга Злодей, который меня убил, страница 106 – Кира Иствуд

Пригнувшись на цыпочках крадусь к кровати, присев, пихаю поглубже под неё лист и колбу, пробую залезть сама, но не получается!

Слишком низкие бортики, не протиснуться! А Джаред тем временем направляется прямиком в спальню!

У меня лишь миг, чтобы решить, как действовать. И я решаю!

Скинув обувь, задвигаю её под кровать, а потом зажмуриваюсь и… призываю зверя. Стискиваю зубы, а моё тело уже выкручивается, сжимается под воздействием силы, данной мне с рождения.

Силой, способной обратить меня в кролика.

Одежда падает шуршащим ворохом. Теперь размер моего тела с три ладони. Маленькое сердце стучит в груди как молоточек. У меня мягкие лапки и длинные белые уши, круглое тельце, покрытое густой короткой шерстью. Цвета становятся ярче, а звуки раскатистым громом ввинчиваются в мозг.

Не теряя времени, я запрыгиваю под кровать. Повернувшись, впиваюсь зубами в край своего платья и затаскиваю его следом, подальше от случайных взглядов

И успеваю вовремя.

Джаред широким шагом заходит в спальню и замирает на пороге.

Я замираю вместе с ним.

Я не вижу лица принца, но отчётливо чую его мужской запах, ясно слышу глубокое дыхание и размеренный стук волчьего сердца.

Тум-дум… тум-дум…

Под кроватью темно и прохладно, у ножек собрались сизые комья пыли, ближе к стене лежит колба с зелёной жидкостью и письмо. Левее скомкано платье, в нём нижнее бельё, а рядом сиротливо брошены туфли-лодочки.

Время растягивается, будто резина, закручивается удавкой на шее.

Джаред делает задумчивый шаг. Его ботинки будто гончие, водят чёрными носами, заглядывая под кровать. Ещё немного, и я увижу своё отражение в их начищенных до блеска боках.

«Сейчас он поймёт! Сейчас заметит!» —надрывно стучит в висках. Я вспоминаю про отодвинутый стол и про смятый зачерканный лист. Где он сейчас? Упал или остался лежать на столешнице?

На ум приходят первые строчки из детской считалочки-страшилки, которую ночью шёпотом рассказывают друг другу дети:

Найдёт, не найдёт? Поймает — сожрёт!

Укусит, раскусит и кровью запьёт.

Джаред меряет шагами помещение, а я всё жду, что сейчас он поймёт, что тут кто-то был. Но принц не подходит к столу и, похоже, даже не смотрит в его сторону, вместо этого садится на кровать. Матрас прогибается под его весом.

Принц прямо надо мной, слишком близко. Слишком опасно!

Я вижу обтянутые штанами крепкие мужские голени и полоску голой кожи на щиколотке.

Ситуация похожа на абсурд. Джаред сидит на кровати, а я в обличьи кролика прячусь под ней, дрожа от кончиков ушей до трусливого хвоста. Сердце колотится так громко, что, кажется, Джаред вот-вот его услышит.

В голове одна паническая мысль: «Я пропала-пропала-пропала! Надо сейчас же бежать! Бежать что есть сил! Скорее! СКОРЕЕ! Пока ещё не поздно!»

«Стоп! — приказываю себе, прорываясь сквозь ревущую панику: — Всё будет в порядке! Он меня не услышит, у волков слух хуже, чем у кроликов, а мой запах надёжно спрятан. Он меня не найдёт! Надо просто немного подождать… Что ему делать в спальне? Он обязательно скоро уйдёт! И я смогу убежать! Даже если Джаред обнаружит, что кто-то украл письмо, он не догадается, где искать. Ему и в голову не придёт, что вор до сих пор здесь! Принц выйдет в коридор, чтобы позвать стражу, и этого времени хватит! Мне всего-то и надо, что выскочить в гостиную, да шмыгнуть в кладовку!»