Книга Мама-попаданка. Хозяйка старой пасеки, страница 84 – Елена Белильщикова

Данила рассмеялся. Михаил открывался с новой стороны. С доброй и легкой, светлой. С той, с какой Данила его еще не знал.

— Вы мне напоминаете старого барина. Он тоже всегда грозился всеми наказаниями, когда я шалил! Жаль, что детство прошло так быстро, — его взгляд затуманился на мгновение, но он быстро пришел в себя и тряхнул головой. — Не нужно о пасеке ничего говорить. Я как раз хотел сказать, что выкупаю у Вас пасеку! За любые деньги! Я хочу подарить ее Велене. Она полюбила это дело очень сильно. Нравится ей возиться со всем этим. При деле она будет, хорошо же. Но не переживайте насчет Велены. Я обдумал Ваше прошлое предложение, и оно мне нравится. Построим мы дом в соседней деревне, за пасекой и лесом. И Тимошке к Вам в гости бегать недалеко будет. И Вы сможете за ним заезжать, чтобы забирать к себе на выходные. Я противиться не буду. Да и Велена только рада этому будет. Обещаю, я ее уговорю, если что.

Данила улыбнулся широко и радостно. Знал, что Велена, как и он, будет благодарна Михаилу за смелый поступок. За то, что полез Данилу защищать от Александра. Больше не станет она ругаться с Михаилом. Да и не за чем теперь.

Я помнила, какие на Земле костюмы у пчеловодов. Мне такой, увы, не светил. Приходилось сооружать что-то похожее из подручных средств. Я подобрала одежду из максимально плотной ткани. И даже когда солнце палило в зените, не забывала о перчатках и шарфе. Лицо защищало хитрое приспособление, которое я соорудила из соломенной шляпы с полями и тонкой прозрачной ткани. Как следует все зафиксировав, я более-менее могла избежать пчелиных укусов, когда работала на своей пасеке.

Куда сильнее меня жалило другое. Шел час за часом, а от Данилы не было никаких вестей. Он вернулся бы, как только оказался бы на свободе! Я знала это! Боялась худшего: того, что Михаил придумает для него какое-нибудь жестокое наказание. Однако, к счастью, эта версия тоже не находила никакого подкрепления. Обычно барские наказания шли в назидание, напоказ. А из простых людей никто ничего не слышал. Мне оставалось только отвлекать себя рутинной работой, чувствуя, как внутри ноет, все сильнее и сильнее расходится тревога.

В конце концов, я не выдержала. Бросилась прочь от пасеки, на ходу срывая шляпу с самодельной «вуалью», швыряя ее в кусты. Какой мед, какое свое дело, когда непонятно, что с Данилой?! Сердце колотилось от страха за него, как бешеное. Наверно, так я не боялась даже в тот день, когда впервые открыла глаза в теле Велены.

Я бежала к барскому дому, сбросив сапоги, которые хоть и делали меня неуклюжей, но защищали мои ноги на пасеке. Босиком по сорнякам, по неровной дороге, по мелким камушкам, не обращая внимания ни на что… Было страшно, что сделаю только хуже. Что разозлю Михаила окончательно. Но неужели у него совсем нет сердца, чтобы не понять, что я не могу больше сидеть сложа руки?!

«А может, на то и расчет? — мелькнула у меня в голове страшная мысль. — Может, Михаил хочет вынудить меня прийти просить пощады для Данилы? И поставить условием то, чтобы я навсегда оставила его. Чтобы я так и осталась… ничьей. Раз не захотела ответить на чувства Михаила».

От этой мысли становилось дурно. Забыть Данилу? Сейчас? Когда мы только-только нашли дорожку к сердцам друг друга? Думать об этом было почти физически больно. Я зажмурилась, пытаясь сморгнуть слезы. Не время для этого, не время!