Книга Присвою тебя. Навсегда, страница 52 – Виктория Кузьмина

Но сейчас. Именно в этот момент. В подвешенном состоянии, с этим мужчиной рядом, я чувствовала себя спокойно. Неизвестность пугала меня. Очень. И каждый следующий день мог принести как горе, так и радость, победу или следующий удар судьбы, но пока я и Тим живы... Мы будем бороться.

— Я буквально слышу, как ты думаешь, солнце, — его голос вырвал меня из размышлений и я вновь сосредоточила взгляд на его лице. — Чем ты опять забила голову?

— Да так... — я отвела взгляд, потому что не хотела говорить о своих страхах, не сейчас, когда он такой расслабленный, когда между нами эта хрупкая, уютная тишина, которую не хотелось разрушать. — Вот думаю, почему именно я досталась тебе в пару?

Тим приоткрыл глаза, и стянув рубашку одним движением, отбросил ее куда-то на пол, даже не глядя, куда она упадет. Следом полетели брюки, и я услышала глухой стук пряжки ремня об пол. Борзов придвинулся ко мне плотно, нависая сверху, и смотрел так, словно видел меня впервые.

Словно мы не знакомы.

— Не знаю, где ты нагрешила, что тебе достался я… Сонь, я знаю, что не достоин тебя. Знаю, что ты заслуживаешь большего... Лучшего. — Он провел пальцем по моей скуле, очерчивая линию челюсти, спускаясь к шее. — Ты ведь такая... — выдохнул, а в его глазах промелькнуло что-то такое глубокое, такое настоящее, что у меня защипало в носу. — …такая нереальная. Добрая, нежная и настолько красивая, что я порой дар речи теряю, глядя на тебя. Поверить не могу, что судьба связала нас... Что мне в жизни так повезло.

Я сглотнула, чувствуя, как к горлу все таки подкатывает ком. Потому что никогда не думала, что этот суровый мужчина, прошедший через ад потерь и боли, способен на такую нежность.

— Ты просто не видишь того, что вижу я. Ты необыкновенная. И я хочу заслужить тебя. Понимаешь? Сейчас я не достоин даже твоей улыбки, а ты мне улыбаешься... Даже находишься рядом со мной.

Он замолчал, и я видела, как напряглись его челюсти, как желваки заходили под кожей, словно он боролся с чем-то внутри себя, с той болью, что глодала его изнутри.

— Ведь судьба сама привела тебя ко мне. Столкнула нас в ту зимнюю ночь. Но я, ослепленный яростью и местью, сделал тебе больно... — он прикрыл глаза, и я увидела, как дернулся кадык, когда он сглотнул. — Я не понял. Самому себе врезать хочу… Таким идиотом я был… Ведь если бы не был таким дураком, то все у нас было бы иначе...

Я не выдержала. Обхватила его лицо руками, чувствуя под пальцами колючую щетину и притянула к себе, целуя в губы. Нежно. Осторожно. Вкладывая в этот поцелуй все, что не могла сказать словами.

Он ответил. Неуверенно, словно боялся, что я исчезну. Бережно. У в меня груди щемило от его слов, от его прикосновений, от всего, что между нами происходило.

Как мама говорила? Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке…? Она права...

Я и подумать не могла, что он видит это так и чувствует себя недостойным меня. Что эти чувства гложут его... С виду непробиваемый и сильный мужчина. Скала. А внутри оказывается столько боли, сомнений и страха быть отвергнутым.

— Я не просил прощения, ведь я не заслуживаю его... — прошептал он, уткнувшись носом в мою шею, и его дыхание обжигало кожу, горячее, прерывистое. — Но прошу тебя, будь рядом со мной... Дай мне возможность доказать тебе, что я достоин быть твоим мужчиной и отцом нашей дочери. Дай мне шанс заслужить его…