Книга Выпускница бури, страница 190 – Ольга Пашнина

— Ты рано вернулась. Я думал, останешься во Фригхейме до конца следующей недели.

— Я не смогла.

Неподалеку к дереву была прислонена лопата. Я могла живо представить, как Крост копал могилу для Ясперы вручную. Он, конечно, прятал ладони, но можно было увидеть уже зажившие мозоли. Любой лекарь справился бы с ними в считаные секунды, но Кейман не спешил избавляться от памяти о потере.

Эмоции – прерогатива детей, которых он воспитывал.

— Ты принесла цветы, – задумчиво произнес он.

Те розы, что принесла я, конечно, не могли сравниться с волшебной сиренью, но я все равно положила их на присыпанный снегом холм.

— И открытку. Я старалась подписать красиво.

— Яспера бы посмеялась.

— Она посоветовала бы засунуть эту открытку куда подальше.

— Я никогда не видел и, думаю, уже не увижу такие забавные отношения, как у вас двоих. Вы ненавидели друг друга с первой встречи, раз десять на моей памяти вцеплялись друг другу в волосы. Мне казалось, если одна из вас погибнет, вторая откроет шампанское.

— И что заставило тебя изменить мнение?

— То, что сейчас ты стоишь и плачешь. А когда умерла ты, Яспера отправилась к Бастиану и вытащила его из тоски по тебе. Наверное, это то, что в книгах называют загадочной женской душой. А может, я просто мыслю примитивными категориями. Деллин, зачем ты здесь?

Я долго смотрела на сирень, прежде чем ответить.

— Пришла убедиться, что приняла верное решение.

— Какое?

— Я не хочу больше так. Не хочу никого хоронить. Не хочу ждать, когда он придумает что-то еще. Мы ударили по свите Акориона, но не по нему.

Все это время, когда Бастиан, Брина и Аннабет не отвлекали, я металась, самой себе напоминая птичку в крохотной клетке. Только клетка ограничивала ее снаружи, а моя выросла внутри. Никогда еще я не чувствовала так остро свою неполноценность. Я осознала смысл послания брата далеко не сразу, списав его на ставшую уже привычной любовь Акориона к пугающим шуткам. Но теперь поняла: он чувствовал то же самое.

Тонкая ниточка, едва-едва сохранившаяся связь между нами, оборвалась в тот момент, когда я собиралась убить его.

— Деллин…

— Что он там делает?! Создает новую темную армию? Новых баонов? Придумывает еще какую-нибудь тварь, которая через пару месяцев уничтожит парочку деревень? Акорион – крыса, загнанная в угол! Я так не могу, я сойду с ума! Из меня как будто душу вытащили и прокрутили ее в мясорубке! Между нами больше нет связи, и я…

Я застонала, в сердцах пнув по ближайшему стволу дерева.

— Я как будто неполноценная… я ненавижу его, видит хаос, ненавижу всем сердцем, но он часть меня и мне ее не хватает. Чем дальше он, тем мне хуже. Я думала, это его игры, просто психология, но я физически это чувствую, понимаешь?! Он как будто… как будто вытягивает из меня силы, становясь сильнее. Как будто мы – сообщающиеся сосуды с одной душой на двоих. И однажды он получит ее всю, а мне ничего не останется. Ты показал мне жизнь, в которую я с радостью окунулась, но это не дает мне ей радоваться. Я играю с малышками ди Файр – и думаю, что Акорион может им навредить. Я болтаю с Бриной – и вспоминаю, как он мучил ее. Я летаю с Бастианом, и удары его сердца напоминают, что он едва не погиб. И все потому, что Акорион был жив.

Где-то рядом слышался шум воды. Могилы были совсем рядом с озером. Сквозь ряды деревьев можно было увидеть блеск водной глади.