Книга После развода. Спектакль окончен, страница 3 – Милана Усманова

Я не помню, что было дальше. Кажется, я просто сползла по кухонному гарнитуру на пол, чувствуя, как холод плитки впивается в бёдра. Я слышала, как он прошел мимо меня в спальню. Слышала, как открываются ящики комода. Слышала сухое, деловое щелканье замков чемодана.

А я сидела на полу кухни, вдыхая запах горелых овощей, и не могла даже поднять головы.

Он вышел минут через двадцать с чемоданом в руке, рюкзаком за спиной. Я видела только его ботинки, остановившиеся рядом со мной.

— Я приеду за остальными вещами как будет возможность.

Дверь громко хлопнула, эхом прокатившись по враз опустевшей квартире.

Я провела следующие четыре дня в кровати. Я лежала поверх покрывала, свернувшись калачиком, обхватив руками колени. Телефон разрывался от звонков. Подруги. Мама. Коллеги с работы, интересующиеся, где я. Я не отвечала. Я смотрела в потолок, считая трещинки в побелке. Их оказалось семнадцать.

Я не ела. Просто не могла. В первый день пыталась проглотить яблоко. Оно встало комом в горле. Меня вырвало в раковину желчью. Я пила воду. Много воды. И плакала. Беззвучно, тупо, бесконечно. Слезы текли сами, как из крана с плохой прокладкой.

На второй день я нашла в шкафу его старую футболку, серую, застиранную. Он носил её дома по выходным. Прижала её к лицу и вдохнула. Она всё ещё пахла им, его гелем для душа, его потом, его кожей. Этот некогда такой родной запах буквально разорвал меня пополам. Я завыла, уткнувшись лицом в ткань, кусая ее, дёргая в разные стороны в стремлении порвать на мелкие части.

На третьи сутки я встала и кое-как добралась до ванной, и тогда же увидела себя в зеркале. От увиденного снова заплакала.

На седьмой день слезы кончились. Просто высохли. Внутри осталась лишь выжженная пустота.

А сегодня что-то сдвинулось.

Я вернулась в спальню, пошатываясь, держась за стены. Вынув из шкафа чемодан, начала методично сбрасывать в него оставшееся барахло Михаила. Мои руки дрожали, но уже не от слабости. От ярости, медленно, густо поднимающейся откуда-то из живота.

Я вытащила ту самую серую футболку. Ту, которую нюхала. Вдохнула в последний раз. Она все еще пахла безопасностью и ложью. Я вцепилась в ткань обеими руками и в этот раз у меня получилось её разорвать на две безобразные половины. Ткань затрещала, разошлась с громким, удовлетворяющим звуком. Я рвала дальше, снова и снова, пока в моих руках не остались лишь бесформенные тряпки.

Хорошо. Это было хорошо.

Следующими были его кроссовки. Я схватила ножницы и, злобно улыбаясь, раскромсала один из них, а затем второй. Получилось красиво.

На полке стояли его книги по саморазвитию. «Семь навыков высокоэффективных людей», «Думай как чемпион», «Гений и аутсайдеры». Он зачитывал мне цитаты оттуда, умничал за завтраком. Я слушала, кивала, делала вид, что впечатлена. А сама думала о том, что вечером нужно заскочить в супермаркет, купить молока.

Я остервенело сгребла все книги с полки, они посыпались на паркет, глухо, тяжело ударяясь об пол. «Думай как чемпион» упал последним, раскрывшись на последних страницах.

Чемпион. Он думал, что чемпион. А оказался просто предателем, сбежавшим от жены к девочке на десять лет младше.

Я выдохнула сквозь зубы, чувствуя, как внутри разгорается что-то горячее, почти приятное. Разрушение. Это было почти как секс. Только лучше. Потому что честнее.