Книга Сын Йемена, страница 61 – Ирина Дегтярева

И все-таки Рушди прав. Красноречивая иллюстрация его словам о превосходстве хуситов события в октябре этого года, бои в Даммадже, где хуситы продолжали трепать салафитов, активно вооружившихся, получавших активную помощь от саудовцев, не только духовную, но и оружием. Впрочем, духовная и становилась камнем преткновения, и именно религиозной составляющей обосновывали конфликт между хуситами и салафитами в Даммадже на северо-западе Йемена, в городе примерно в семи километрах от Саады.

Год назад там же были столкновения в том же составе — салафиты и хуситы.

— Вот ты говоришь «беспорядки», — Рушди был явно недоволен последним замечанием Мунифа. — Это система. Это проникновение саудовцев. Мы ходим по кругу, как верблюд на привязи, надо разомкнуть этот круг, пора уже, иначе мы окажемся внутри него, в окружении. Год назад мы сталкивались с окопавшимися в Йемене эмиссарами саудовцев, в том числе с англичанами. Двоих мы там прикончили, они под видом студентов торчали в Даммадже. — Рушди хлопнул себя по колену и зло прищурился. — Как ты думаешь, что английским студентам делать в Даммадже?

Мунифа смущало то, что Рушди с ним разговаривает так, словно у него нет ни малейших сомнений в его честных намерениях. Но с чего такой карт-бланш? Конечно, получить агента под самым носом врага и не мелочевки какой, а самого генерала Мохсена — это большая удача, но правдив ли этот агент изначально? Судя по словам Рушди, хуситы следили за Мунифом продолжительное время и тщательно, но вряд ли подобная слежка дала бы им понимание характера Мунифа, лишь общие сведения — какое звание и должность, где живет, с кем общается. Понять бы, кто в окружении Мунифа или даже Джазима работает на хуситов? Не обязательно давно — все сведения он мог узнать за последние полгода-год.

— Донеси до своего руководства, — наконец решился сказать главное Муниф, — я выполню все поручения, но с условием: когда наступит фаза, когда я не смогу далее оставаться в Сане, меня примут у вас и, более того, выдадут список тех, кто выжил в две тысячи четвертом году, будучи среди приближенных Хусейна и знавших о его местонахождении. Список и все личные данные. Если был человек, причастный к гибели брата, он умрет мучительно. Тогда я смогу дышать спокойно и жить.

— До завтра, — Рушди кивнул, встал и протянул руку Мунифу. Снова обнял его. — Я тоже вздохну свободнее, брат. Но пока перебирал в уме всех, кто хоть каким-то боком, ни один не вызвал подозрений. Это будет сложная работа. Как ты предлагаешь держать связь, раз больше не собираешься приезжать?

— Может, на меня в Сане будет выходить ваш человек, который так хорошо проштудировал мою биографию?

— Поглядим, найдем способ, — кашлянул Рушди смущенно.

Муниф, обессиленный, опустился на диванчик, едва Рушди вышел. Он не исключал, что до утра может не дожить. Все зависит от того, что решат хуситы. Даже если Рушди верит ему безоговорочно, не факт, что не приговорят. Но сегодня за спиной не было спасительной калитки особняка, где его возвращения ждал Джазим.

Муниф хотел сходить на старое кладбище, поглядеть на словно бы зефирные крыши тамошней мечети, поклониться гробнице в мечети аль-Хади, где похоронен основоположник династии зейдитов имам аль-Хади Яхъя бен аль-Хусейн бен аль-Касим.