Книга Менеджеры халифата, страница 106 – Ирина Дегтярева

— Пока по нулям, – Зоров явно что-то хотел выяснить, но никак не решался. Наконец спросил. – Игорь рассказал, что ты был не совсем адекватен после контузии. Ты же понимаешь, он изложит все в рапорте.

— Посмотрел бы я на него, если бы ему под ноги эфку кинули, – проворчал Петр. – Если хочет потерять мое хорошее расположение, пусть пишет.

— Да ладно тебе, это же твое здоровье, в конце-то концов. Подлечись как следует, – Мирон нарочно припугнул полковника, зная, что Игорь не станет в рапорте описывать эти детали.

Вечером Зоров заглянул к Горюнову уже с новостями от куратора агента. Петр тосковал от бездействия и поднявшейся температуры. Он не умел болеть и тяготился своим недомоганием.

Новость о том, что агент работал в Грозном, все это время не выезжал из города и тем более в Гудермес, настроения не улучшила. По всему выходило, что Юрасов взял с собой случайных людей. Нечистых на руку, людей вне закона, но тех, кто не настучит. Николай прокололся, но выиграл по-любому и в главном – этот водитель ничего о нем не знал. О предстоящем мероприятии своему куратору водитель сообщил только время встречи и что речь идет о продаже оружия игиловцам. Про Юрасова сказал лишь, что человек из Гудермеса, некий Дирар.

Ночью водитель скончался, не приходя в сознание, обрывая вялые надежды Горюнова разведать что-то про возможное местонахождение Юрасова. Да и что мог знать этот человек?

Выезды из города перекрыли еще днем, сразу после перестрелки, стараниями Тарасова, но уже утром вместе с новостью о кончине агента Зоров принес Горюнову известие о брошенной у рынка «Ладе». Никаких следов, только кровь в машине той же группы, что у Юрасова.

Даже если он и ранен, ему не составит труда умело загримироваться и уйти из города. Эксперт по количеству крови в салоне машины предположил, что ранение несерьезное.

Николай наверняка заранее готовил пути отхода. Теперь ему в России делать нечего. Он устремится за границу. Тут должен постараться Уваров, предусмотреть все вероятные пути перехода и перекрыть их.

Петр попросил мобильный телефон у Зорова. Мирон, не открывая глаза, протянул сотовый и продолжал дремать в пластиковом кресле в зале ожидания, углубившись в ворот ветровки по кончик носа, как черепаха в панцирь.

Горюнов, чуть прихрамывая, прошелся по залу, нашел тихое место у большого смотрового окна с видом на взлетное поле.

— Сашка, это я.

— Догадалась, – удовлетворенно откликнулась она, словно только вчера расстались. – Мужа пока еще узнаю, но боюсь, что скоро уже перестану. Ты где?

— Сегодня буду дома.

— У нас гости.

— Что это за гости такие? Уж не мамаша ли моя из Твери прибыла?

— Как ты догадался?

— Ну а кто к нам еще может приехать?!

— Моя мама, – резонно заметила Саша, – но приехала твоя, чему я очень рада, и Маня, и Мансур.

— Она рядом, что ли, раз ты дифирамбы поешь?

— Получишь пару пинков, – пообещала Саша с улыбкой в голосе.

— Саш, ты как дворовый пацан разговариваешь. С мужем-то, – пожурил Петр, а Саша в ответ только рассмеялась. Горюнов вздохнул. – Вечером нам с тобой в гости надо будет съездить.

— Надо будет? – переспросила она. – К кому? Ты не особо хочешь идти? Что за обязаловка?

— К Евгению Ивановичу. У нас машина заправлена?