Онлайн книга «Черный халифат»
|
— Зарифа пыталась меня убить. Она сидит в наручниках. А я размышляю, что с ней делать. — Ты что полицию вызвал? Откуда наручники, я не понял? — Из домашних запасов. Никого я не вызывал. — Ладно. Пришлю сейчас к тебе кого-нибудь. Надо подумать, посоветоваться… Петр бросил телефон на стол, оделся и велел то же самое сделать напуганной жене. Затем сел на корточки рядом с Зарой. — Зачем? Чего ты хотела этим добиться? Почему ты не убила Аббаса? — Я пыталась. Потому туда и напросилась, – процедила Зарифа раздосадовано. – Он словно что чувствовал, не подпускал меня к себе, а потом и вовсе отправил обратно. У него чутье как у волка. — А Дилар чем тебе помешала? Даже не остановило то, что у нее сын… — Это не я! Не сама, – добавила она. – Дилар лезла везде, рвалась в Сирию, хотела воевать там, сбивала с толку наших молодых ребят. А они нам в Турции нужны для терроргрупп. — Зачем? – повторил Петр, покачав головой. – Я догадался насчет Дилар, но отпустил бы тебя с миром, если бы не эта твоя атака посреди ночи. — А теперь что? – спросила Зара обреченно. — Это уже не моя забота. За тобой приедут… Ты ведь не могла не понимать, что тебя задержат. Неужели ты считаешь, что только от меня зависит помощь Аббасу? – Петр покачал головой и встал. – Скажи хоть честно насчет Галиба. Ты ведь знаешь, кто он на самом деле? Ведь ты сдала ему Ахмета Мардини? — Меня арестовали за несколько месяцев до задержания Мардини. – Она завозилась на полу. – Расстегни браслеты. Больно. Горюнов снял с нее наручники. — Аббас не знал. Они держали меня недолго. Трое суток. Я потом соврала ему, что ездила к тетке в горы. Ты знаешь, как они пытают?! — К счастью, нет, – поежился он. – Ты сдала Ахмета, сообщила Галибу и о том, кто отец Мансура. — Этого я не хотела. Он пригрозил, что скажет нашим о том, что я сотрудничала с MIT. Просил выдать твои «болевые точки». Он так выразился. Петр прошелся по комнате, однако не выпуская Зару из поля зрения. — Ты же понимаешь, что попала к ним в вечную кабалу. Они не отступятся никогда и при любом удобном случае будут требовать от тебя сдавать своих товарищей. Коготок увяз – всей птичке пропасть. — Поэтому я уехала. У меня не оставалось выхода, – бледная Зарифа не впадала в истерическую патетику, но была очень бледна. – Остаться там – либо предавать своих и попасться рано или поздно, либо отказаться сдавать курдов и быть убитой своими же, когда митовцы им раскроют мою связь со спецслужбами. — Да, какая-то невеселая перспективка! То есть MIT не та организация, к которой ты испытываешь пламенную любовь? — Нет, конечно! * * * В кабинете Александрова курить Петр не решался, хотя тот снисходительно пододвинул к нему пепельницу в форме золотистого бульдога, в спину которого предполагалось стряхивать пепел. — Не понимаю. Она едва не порешила тебя, а ты теперь заступаешься. Не вижу никакого смысла пытаться с ней работать. В любой момент Галиб ей пригрозит, и она выложит, что сотрудничает с нами. Находясь под давлением, она не сможет действовать свободно. Ее лучше нейтрализовать и посадить за покушение на убийство, комар носа не подточит. — Галиб заподозрит неладное, когда до него дойдет эта информация. Тогда это может повредить и мне. Возвращаться в Стамбул ей нельзя. |