Книга В тени скалы, страница 31 – Ирина Дегтярева

Абдалла скучал. Никто в такую жару не стремился выходить в море, на открытый солнцепек, и не арендовал ни гидроциклы, ни уж тем более катамараны.

На пляже оставались только самые отчаянные, те, у кого билеты на вечерний рейс и впереди маячат северные широты. Им солнцем впрок надо запастись.

Абдалла несколько раз бросил взгляд на сидящего с мороженым под пальмой иракца. Потом неторопливой походочкой приблизился, попросил закурить. Вблизи он показался еще моложе, с черным пушком над верхней губой, без намека на растительность на впалой груди, видневшейся в расстегнутом вороте рубашки.

— Говорят морской климат полезен для здоровья, – выдал заготовленную парольную фразу Тарек.

— Особенно после багдадской пыли и жары, – ответил Абдалла. – Подойдешь через десять минут, я дам тебе ключ и адрес, – и, попыхивая сигареткой, вразвалочку Халаф удалился.

* * *

Квартира находилась в песочного цвета пятиэтажке на окраине. Внутри тоннель из картонных коробок, стоящих вдоль стен. Пробираясь, Тарек включил фонарик, прикрепленный на брелоке ключей. Не слишком мощный луч выхватил этикетки на коробках – электрические лампочки, спички, нитки, посуда.

Были тут и съестные припасы – чай, кофе, конфеты, шоколад, все то, что запрещали к ввозу в Палестинскую автономию израильтяне. Существовала еще масса запретов – начиная от стройматериалов, кончая топливом и бытовыми мелочами. Квартира Абдаллы служила перевалочным пунктом для контрабандного товара, предназначенного для сектора Газа. Где-то у них есть склады со стиральными машинами, холодильниками и другой бытовой техникой. И власти наверняка знают адреса большинства таких складов, но бороться с ними – ударить по собственному карману. А вот власти в Каире, куда откаты от нелегальной торговли не доходят, заинтересованы в прекращении контрабанды.

В остальном квартира как квартира, холостяцкое жилье (хотя о женитьбе Халафу вовсе думать рано) – не застеленная постель на узком диване, несколько грязных тарелок на подоконнике и журнальном столике, окурки не только в пепельнице, но и в цветочном горшке, из которого торчал скелетик какого-то засохшего растения. Египтяне такие же заядлые курильщики, как иракцы.

Глядя на весь этот кавардак, Тарек понял, что квартира вряд ли принадлежит Абдалле. Потому он с такой легкостью дал от нее ключи малознакомому типу. Жилье общественное, перевалочный пункт для контрабандистов и копателей тоннелей. Отодвинув дверцу встроенного шкафа, Ясем обнаружил две лопаты и большой фонарь. На кафельный пол с одной из лопат ссыпалась горстка песка.

Монотонно гудел кондиционер на кухне, гоняя по квартире не слишком холодный воздух с привкусом мокрой пыли, накопившейся в давно не чищенных фильтрах.

Тареку доводилось жить и не в таких берлогах. Он принял душ, накинул поверх постельного белья покрывало, которое было задрано на спинку дивана. Переложил пистолет из рюкзака под подушку и лег спать, понимая, что раньше пяти часов Абдалла не явится, не бросит свой лодочный пост.

Он пришел действительно под вечер слегка навеселе, как показалось Тареку. Метнул на столик бумажный пакет с бутербродами из забегаловки, плюхнулся в кресло напротив проснувшегося Тарека с взлохмаченными со сна усами.

— Так что, тебе в сектор надо? Это можно! Я туда кого и что только не водил, – начал он бахвалиться. – Гони бабки, и я хоть стадо слонов проведу.