Книга Операция «Пилот», страница 34 – Ирина Дегтярева

Одна раскладушка стояла на балконе, укрытая пленкой и отсыревшая неимоверно. Вторая обнаружилась за шкафом.

Рано утром Игорь проснулся еще затемно, что-то разбудило его в половине четвертого. Он понял, что именно, когда на кухне снова звякнула чашка. По привычке пошарил около себя по полу, опасаясь наступить на кота, но, вспомнив, что серый остался в киевской квартире на Крещатике, смело поднялся, хрустнув коленками. Заметил, что диван уже пуст, с кухни тянуло табачным дымом и запахом растворимого кофе.

— Ранняя пташка, — хриплым спросонья голосом поприветствовал араба Игорь, выйдя на кухню. Холодный линолеум под ногами заставил обхватить себя руками за плечи. Спал он в одежде, только разулся и по привычке снял носки. Теперь стоял босой и переминался с ноги на ногу. — Ты, смотрю, совсем бодрячком…

Кабир поглядел на окно и к чему-то прислушался. Через секунду чашка, которую он держал в руке, полетела на пол, а следом и сам араб, перед этим накрыв собой Игоря. Жуткий вой, грохот, звон стекол и снова вой, как будто иерихонские трубы, упомянутые в Библии, подали голос, как минимум квартет из этих труб.

Завывало и взрывалось, звуки смешивались с сиреной воздушной тревоги. Лежащих на полу мужчин засыпало осколками стекла, а взрывы не прекращались.

— ПВО? — с надеждой из-под Кабира спросил Игорь.

Но тот только прорычал что-то по-арабски. Как видно, высказал все, что думает об украинской ПВО.

В соседней комнате доктор только проснулся, стряхнул с одеяла осколки и ошалело огляделся по сторонам. В следующую минуту раздался новый взрыв такой силы, что затрясся старый дом, готовый схлопнуться, как сверхновая во Вселенной, образовав черную дыру. Док скатился с раскладушки, чудом не порезавшись о стекла, и стал отползать в коридор, где хотя бы не было окон.

Игорь мысленно считал, и ему показалось, что прозвучало восемь взрывов. Наконец воцарилась тишина. Мягкая, как туман, окутавший Старичи этим ранним утром. В разбитое окно сквозняком потянуло дымом, едким, как от горящих шин.

— Что за… — На карачках из коридора выполз доктор. — Чего происходит-то?

Игорь выбрался из-под Кабира. Тот со стоном поднялся, облокотившись о столешницу обеденного стола.

— Чего ты? Стеклом порезался? — отреагировал на кряхтение араба Игорь.

— Дренаж выскочил, — заметил доктор хмуро.

Кабир снова разразился очередью из ругательств — смеси английских и арабских.

— Ну ты даешь! — Игорь потер шею, за которую схватил его Кабир железной рукой, когда повалил на линолеум. — У тебя реакция, как у мангуста. Как ты понял, что начался обстрел?

Араб взглянул на него снисходительно. Игорь осознал наивность вопроса. Кабир ведь жил в Ираке под бомбежками американцев и коалиции, торчал в Эр-Ракке бог знает сколько… Уж он-то знает, что такое воздушная тревога. «Теперь предстоит узнать и нам», — вздохнул Игорь, догадавшись, куда русские могли метить в этом районе.

Его прошиб холодный пот при мысли о том, что осталось от казарм после прилета восьми ракет. И что случилось бы, если бы старые раны не потревожили Кабира и тот не настоял бы на ночевке на конспиративной квартире.

…Черная дыра образовалась на месте казарм в Международном центре миротворчества и безопасности Национальной академии Сухопутных войск ВСУ имени гетмана Петра Сагайдачного.