Книга Танки не лгут, страница 42 – Катори Ками

Увидев это, ветрогон сел.

— Только не говори мне, что ты не сумел снять печати, — сказал он с явным беспокойством.

Друид закаменел, уже протянув руки к Сфере, но так и не взяв ее.

— Ник! — позвал Хилдебранд требовательно, но Николас проигнорировал его.

— Что за печати? — Эван вгляделся в спину друида, пытаясь понять, что прячется под футболкой.

— Покажи ему, Ник, — попросил Хилд, смягчив голос. — Насколько все плохо?

— Все нормально! — резко ответил Николас, прижимая к себе Сферу.

— Ник? — Эван шагнул к нему. — О чем он? Это какие-то метки? Они причиняют боль?

— Наказание, — ответил вместо друида Хилдебранд. — Для тех, кто отступается от Веры.

— Как ты тогда сказал? — Николас криво усмехнулся, глянув на Эвана исподлобья. — Дважды Отступник?

Помедлив, он вернул Сферу в гнездо, стянул футболку и медленно повернулся к Эвану спиной.

На тонкой белой коже, туго обтягивающей поджарое, еще сохранившее подростковую угловатость тело, алели ровные круги выжженной до мяса плоти. Будто два огромных тавра только что коснулись плеч и лопаток, сходясь у позвоночника. Их страшный рисунок был чем-то похож на тот, что наколдовал недавно сам Николас, приручая геккона, но вместо зеленого света была рана с запекшейся кровью по краям.

— Твою мать! — выругался Хилд. — Подойди сюда! — потребовал он. — Дай посмотрю.

Ник явно собрался ответить что-то резкое, но Эван схватил его за руку и подтащил к ветрогону. Его сочувствие было настолько очевидно, что ему невозможно было не поверить.

— Ты можешь это снять? — он с трудом оторвал взгляд от ужасных ран.

— Нет, — выдохнул Хилдебранд с нескрываемым сожалением. — Это дело рук магистра огня, воздух в таких случаях против огня бессилен.

— А если чаем твоим смочить? — Эван посмотрел на Ника.

— Я пробовал, — глухо ответил тот. — Магия слишком сильна для меня.

— Конечно, огонь пожирает дерево, — вздохнул Хилд. — Маг воды бы справился. Только очень сильный.

— Воды?.. — переспросил Эван, и оба: и Хилд, и Ник — одновременно на него посмотрели. — Я знаю одного такого. А, точнее, одну…

— И что, она поможет? — быстро спросил Хилдебранд.

— Не знаю, — Эван прикинул шансы найти волнорезку в Урбе и уговорить помочь. — В последний раз, когда я ее видел, она грозилась оторвать мне член.

В сундуках не нашлось ничего особенного. Крысиные черепа, шкурки и целый мешок костей у мага смерти — их Эван просто выбросил на песок вместе с дурнопахнущей одеждой из плохо выделанных змеиных шкур. А вот в сундуке меха удалось разжиться еще одним мотком веревки, парой рубашек и отличными штанами почти по размеру. Одежду Эван отдал щеткам, а остальных незанятых согнал в жилой отсек геккона, чтобы вычистили там все до последнего волоска.

Ник устроился на спине Танка. Выглядел он сегодня повеселее, чем вчера. Видимо, надежда на избавление от печатей действовала на него благотворно. И, возможно, еще мысль о том, что ветрогон действительно о нем беспокоился. Уже ночью, когда они погасили светильники и улеглись, Эван вдруг понял, что Хилдебранду ничего не стоило соврать. Прикрыться своей заботой, убедить, что хочет помочь, пообещать снять печати. Но он даже не задумался, честно признаваясь, что не может этого сделать.

Оставив щетки работать, Эван вернулся на Танк.