Книга Танки не лгут, страница 134 – Катори Ками

Шагнув вперед, на антрацитово-черную морду тегу, Ашерон посмотрел на Эвана в упор — будто тоже обладал механизированными глазами и мог видеть его на таком расстоянии.

— Остановись, мех! — приказал он властно, явно зная, что Эван сможет его услышать.

— Пошел на хуй, — буркнул Эван вслух, и направил Танка чуть в сторону.

Наверняка они ждали переговоров. Надеялись на численное преимущество и заложенную во всех обычных мехов программу самосохранения. Лет двадцать назад Эван так и поступил бы. Отдал бы добровольно преимущество скорости, потратил бы время на бесполезные переговоры и получил бы убийственный заряд магии исподтишка от самоуверенного мага, никогда не видевшего нанощеток и не знающего о свойствах биометалла.

Ашерон сказал что-то еще, а потом даже закричал, призывая остановиться, но Эван его не послушал. Он слишком долго жил на этом свете, чтобы точно знать: эти маги пришли убивать — и он не собирался облегчать им задачу.

Мелкие танки бросились врассыпную, когда Танк на полном ходу врезался в их строй. Кого-то он достал лапой, кого-то просто сбил телом. Кровь брызнула на песок длинной алой струей, когда острые, как в молодости, зубы перекусили кому-то некстати подвернувшийся хвост. А потом Танк взревел, поднимаясь на задние лапы, и обрушился всем весом на испуганно заверещавшую игуану.

"Не добивай!" — быстро сказал ему Эван, услышав, как хрустнули кости. — "Здесь маг Смерти".

Танк не стал тратить время на ответ и кинулся на ощетинившегося чешуями шипохвоста.

— Все, мех, угомонись, — раздался вдруг спокойный голос Ашерона несколько секунд спустя.

Слишком спокойный.

Эван вынырнул из залитого адреналином сознания Танка и огляделся. Из некалечных танков остался только топчущийся в сторонке тегу, несколько гекконов и пара эублефаров.

— Не думал, что у тебя хватит мозгов, — Ашерон говорил с тщательно сдерживаемой яростью и одновременно — с присущей всем магам надменностью, от которой Эван уже успел отвыкнуть. — Придется доделывать самому, — он вытянул руки, и с его ладоней поползли струи фиолетового тумана.

Они дотянулись до вздрагивающей на песке игуаны и тут же почернели. Игуана заверещала, забилась, а потом захрипела, вытягиваясь в струну.

Танк среагировал раньше, чем Эван сумел отдать осознанную команду. Присев на задние лапы, он оттолкнулся и прыгнул вперед, со всей силы врезавшись головой в блестящий бок тегу. Испуганно вскрикнув, тот устоял на ногах, в отличие от магов на его спине. Помимо Ашерона и Заячей Губы там было еще два или три мага, одетых в черное — и все они упали на песок, не удержавшись. Понимая, что другого шанса не будет, Эван вскочил на ноги. Тесак он включал уже в прыжке.

Маг с заячьей губой попался ему первым, но Эван не рискнул убить его вблизи от мага Смерти — лишь оглушил, с силой стукнув кулаком по макушке. А в следующую секунду он был уже возле Ашерона. Тот выставил вперед руки, и с них снова потек фиолетовый туман, но Эван знал, что успеет. Нужен был всего один взмах, а он уже занес тесак.

Но тут земля под ногами задрожала, да так сильно, что Эван едва не упал. Он оступился, вынуженный ловить равновесие, потерял скорость, увязая в трясущемся песке, и вынужден был отпрыгнуть от дотянувшихся до него струй смертельного тумана. От этого колдовства броня была бессильна. Магия просачивалась сквозь микроскопические щели, и стоило ей коснуться кожи, как та покрывалась язвами, разъедающими плоть до самых биометаллических костей. Эван испытывал такое на себе дважды, и даже сейчас, когда он знал, что его гарантированно Обновят после боя, фиолетовый туман вызывал инстинктивный ужас.